Даже какая-нибудь рыхлая тётка, в недалёком прошлом ‘менеджер письменного стола’, теперь таща на импровизированный рынок остатки былого благополучия, имела в кармане что-нибудь колюще-режущее; а уж стреляющее, хотя бы и однозарядное – это было вообще супер! На базаре из-под полы можно было купить дульнозарядные уродцы со стволами из водопроводных труб и затворами чуть ли не из оконных шпингалетов на резинке, и стоили они дорого... Но не дороже чем жизнь, это все понимали; и по-возможности горожане вооружались, проклиная свою былую беспечность и упование ‘на полицию’. У бати, кстати, в запасах обнаружилось немалое количество капсюлей к охотничьим патронам – теперь они стоили не ‘на вес золота’, а существенно, в разы дороже. Но батя менял их редко, и только на что-то дельное, – например, на селитру килограммами; а однажды, неожиданно для всех, купил у какого-то мужика десяток здоровенных бобин со старыми фильмами, от старых ещё киноаппаратов. ‘-Зачем?’ ‘Целлулоид!’ – и многозначительно подмигнул... – Толик, чё, пра-а-авда?.. – Белка не верила своим ушам от радости. – А чё? Держи. Владей! – Толик широким жестом презентовал ей обшарпанный, с сильно потёртым цевьём, со следами ржавчины на стволе обрез. – То-о-о-ли-к!!! – Элеонора бросилась ему на шею. Её восторгу, казалось, не было предела. Небось, когда её батя дарил мобильник за дикие тысячи долларов, так не радовалась... – Ладно, ладно... Ишь... Пожалуйста, в общем... – маленько офигевший от такого проявления восторга Толик был явно растроган. Обняв одной рукой висевшую у него на шее Элеонору, чмокавшую его в щёки и в подбородок, другой рукой поощрительно похлопал её по поджарой попке. – Хочешь, завтра потренируешься? Постреляем, бля? – Конечно, хочу! – отцепившаяся от него Белка любовно поглаживала обрез. Я смотрел на это со стороны, и меня разбирал смех; хотя было чуток и досадно, – на обрез я сам глаз положил. Но ничего не поделаешь, действительно, в операции с пленением гопников Белка сыграла, можно сказать, ведущую роль. В этот же день Толик продолжил изображать из себя Деда Мороза, раздающего подарки детишкам. Толик презентовал мне свой наган. Я был рад до усрачки, больше даже, если бы мне подарили полноценный ПМ или даже батин Люгер. Потому как к нагану патронов у нас было, монтажных – хоть завались, – опять же из батиных запасов. И картечи – тоже. А главное – он простой как мычание. И, как говорит батя, ‘семь аргументов в барабане – это по-любому очень веский довод!’ Носить в городе короткоствол, как ещё называл пистолеты и револьверы батя, – всё же намного удобнее и безопаснее, чем носить ружьё, автомат или даже обрез. То – издалека видно, и настораживет. С наганом же...