Стояла ванночка с горячей водой, в которой она распаривала ногти. Держа одну руку в парящей ванночке, другой рукой она мерно помахивала в воздухе, суша только что наложенный ярко-красный лак. Собственно, он сразу всё понял; но спросил для порядка: – Что завтрак? – А я тебе не раба! Сам себе готовь свой завтрак! Олег искоса взглянул на неё, и, подставив табурет, полез на антресоли. Достал несколько банок консервированной фасоли. Зажёг газовую переносную плитку, поставил на неё чайник. – А где Люда? – У себя. Я сказала ей, что сегодня завтрак готовить не будем. Олег молча снял с плитки закипевший чайник и стал заваривать чебе чай. Открыл фасоль, достал галеты. Она искоса следила за ним. Его молчание выводило её из себя. Когда он стал есть, она не выдержала: – Мне так ты запрещал газовой плиткой пользоваться!.. Я должна на балконе эту вонь глотать!.. Олег, не отвечая, поглощал фасоль с галетой, запивая крепким чаем. – Пусть Элеонора вам готовит, раз она у вас ‘ в стае’! Или как её там сейчас? Белка? Вот пусть Белка и готовит! Олег доел всю фасоль из банки, смял её, и бросил в мусорный пакет. Встал. У Лены загорелись уши, наклонившись над столом, она усиленно и сосредоточенно наносила лак на ногти другой руки, но получалось криво, потому что предательски дрожали руки. – Я как раба!.. На вас на всех – готовлю, готовлю! Руки все болят от этой холодной воды и жира на посуде! Но больше этого не будет! Хватит!.. – на лице её было написано упрямое и гордое выражение. Олег прошёлся по кухне. Остановился. Постоял, выжидая; покачиваясь с пятки на носок. Дома уже давно перестали разуваться, и полы не мыли, а только подметали, да на входе в квартиру лежала влажная тряпка для вытирания обуви. Наконец решился. – Вот что. Если это твоё окончательное решение – то так тому и быть. Тебя отсюда, конечно, никто не гонит. Ты хотела самостоятельности, хотела жить одна в этой квартире? – Она твоя. Я дарю её тебе. Сегодня вечером я ‘перееду’ в любую другую и здесь появляться не буду вообще... У неё появилось на лице испуганное выражение и она мазнула лаком мимо ногтя, по пальцу. Взяла трясущимися руками ватку, смочила жидкостью для снятия лака, стала оттирать палец. – Ты можешь жить здесь и питаться из общих запасов. Нам готовить будет Люда, Володя ей поможет. Потом я найду женщину, которая заменит тебя на кухне и по хозяйству. Глаза у неё расширились, теперь она только и смотрела ему в лицо, стараясь поймать его взгляд, понять, серьёзно ли он говорит. – Да, на кухне и по хозяйству. В других сферах, возможно, она тоже поможет... – он смотрел в окно, как будто ожидал там увидеть эту самую женщину прямо сейчас. – Думаю, это будет несложно. – Ты не можешь... – Могу. Я всё могу.