Сергей только испуганно-растерянно взглянул на отца, и снова отвернулся; а в пальцах брата легко, как пластиковая, согнулась вилка... – ‘А сын??’ – возопил он мысленно, отвечая этому поганому голоску в сознании. – ‘И я про то же!’ – хихикнул голосок – ‘А сын??’ – ‘Какой у тебя тонкий и противный голосок, товарищ совесть...’ – ‘Не. Я не совесть. Я то, что осталось у выживальщика от мужчины, только. Немного, правда?’ – чирикнуло в голове снова. – ‘Выжить!’ – ‘Чего ради?’ Сергей опять, отвлёкшись от происходящего с рыжей и кавказцем, с удивлением посмотрел на отца: у того дёргались губы, как будто он с кем-то энергично разговаривал... Блю-тус?.. Да батя не пользуется блю-тусом, он это знал точно; да и сети сегодня весь день не было. Да и... Как-то не время сейчас было о чём-то трепаться, да. С кем бы то ни было. Девка визгнула от первой пощёчины, которой угостил её южанин. – Не, ну... ‘Жизнь человеку даётся один раз, и прожить её по-человечески так и не дадут...’ В общем, ты как знаешь... – выдохнул Толик, – У меня тут... Некоторое дело возникло к этому гостю города! – и стал подниматься. – Сядь. –
вдруг спокойно попросил его Олег, но так, что тот тут же и сел обратно, – Ты знаешь, я её узнал. Она в нашем доме живёт. В первом подъезде. Я её видел пару раз, издаля и мельком. У неё папаша такой серьёзный бобёр, на Порш-Кайенне серебристом с ней приезжал. – И чо? – не понял брат. – Так это ж всё меняет! – Что меняет – Порш-Кайенн? – Нет, – то, что она с нашего дома! Толик закрутил головой: – Знаешь, я твою логику недогоняю! Нельзя ли проще: у тебя машинка с собой? – Как всегда после того случая с поножовщиной... Но, – Толя, Толя! Не рассчитывай на это. Это – только в самом крайнем случае, понял?? Их реплики стали сухи и отрывочны: – Да я это так. Может, и не понадобится. Если всё делать быстро. Даже скорей всего не понадобится. – Будем надеяться. Зазвенела посуда, посыпавшись со стола, за скатерть которого ухватилась девчонка. Снова послышался звук пощёчины. Толик подскочил. В зале видно было, как в рванувшегося было к кавказцу мужчину с соседнего столика буквально вцепилась сидевшая рядом женщина, и, всхлипывая и взвизгивая, потащила за рукав к выходу, в вестибюль. И ни одного официанта или официантки, и важный мэтр тоже куда-то пропал... – Ты вот что. Ты туда не суйся. Ты вон... Двигай к столику с абреками, по стеночке, по стеночке...