В какой-то момент Вале показалось, что бабка зеркально отражает смену выражений на заспанной небритой физиономии: стоило мужчине зевнуть, она притворно разевала рот, закрывая его ладонью, а когда тот поскреб ляжку, Галина озабоченно стряхнула с колен несуществующую соринку.
– Короче, я понял, – перебил Марту полицейский. – Психи, то-се… Разберемся. Всем спасибо, все свободны.
Валентина не поверила своим ушам.
– Как – свободны? Вы что?
– Слушайте, ну вы же взрослая женщина…
– При чем тут… Ее хотели убить!
Полицейский снова зевнул и посмотрел на бабку.
– Э-э-э…
– Галина, – подсказала та.
– Что же ты, Галина, не сообщила нам об исчезновении единственной внучки? Одна она у тебя?
– Одна, одна, – закивала та.
– Ага. Так и запишем. – Он покрутил ручку в пальцах, ничего, естественно, не записав.
Это выглядело как спектакль, где один актер подавал отработанные реплики небрежно, а второй старательно, надеясь заслужить одобрение режиссера.
– А она в сарае ночевала, – торжествующе сообщила Галина.
– Че-го? – ахнула Марта.
– В одиннадцать нету ее, в двенадцать – нету! Я сначала забеспокоилась, мало ли… А потом в сарай-то заглянула, а она там свернулась на сене, чисто котенок. – Галина ласково кивнула девочке. – Я уж будить не стала…
– Врешь, гадина!
– Ты как со старшими разговариваешь! – рявкнул полицейский.
– Ничего-ничего, я уж привыкла… – Галина скорбно махнула рукой. – Одна воспитываю, разбаловала, должно быть… Мамашка бросила ее, за новым мужиком подалась в город… Пенсию теперь одну на двоих делим. А куда деваться, Степан Борисович? Разве нас кто спрашивает.
– Врет! – надрывалась Марта. – Врет она! Она меня не могла видеть, я в лесу была, меня чуть не убили!
Первый раз за все время разговора Галина обернулась к внучке.
– Похитили тебя, значит, – проворковала она.
– Похитили!
– В лес уволокли…
– На машине! Меня в багажник бросили!
– Прямо как инопланетяне в тот раз, а?
Валя увидела, как щеки девочки заливает густая краска.
– Это не то… – забормотала Марта, – не так, как тогда…
– А инопланетяне-то были? – поинтересовался Степан Борисович.
– А как же! Они над нами каждый день кружат. Вон опять полетели…
Галина кивнула в окно. Все посмотрели на небо.
– Ну, ясно, – подытожил Степан Борисович. – Тут кое-кто свинья неблагодарная, но я человек воспитанный, пальцем тыкать не буду. Дверь за собой закройте.
Валентина пришла в себя.
– Кого вы слушаете? – тихо, но отчетливо спросила она полицейского. – Пьющую женщину? – Галина фыркнула. – У Марты, когда она прибежала ко мне утром, была насквозь мокрая одежда. Она переплывала реку!
– Дура ты, что ли? – обрадовалась Галина.