Два частных сыщика приезжают в провинциальный город, где люди бесследно исчезают. Им предстоит раскрыть невидимую жизнь его обитателей и понять, какие давние тайны скрывает этот странный город под своим спокойствием.
– Она усмехнулась и хлопнула себя по ягодице. – Меня здесь не любят! Думаешь, отчего? Меша-аю! Живу как хочу, глаза мозолю. А жить надо весело. Жизнь-то одна у нас, а? Как считаешь?
Кира заметила, что юбка Нины покрыта пятнами, похожими на мазутные.
– Где ты испачкалась?
– Чего? А! Это что… Я сама вся грязная! – последние слова она произнесла с удовольствием. – Кого хочешь спроси. Про Нинку тебе наплетут… Ты им не верь! Тут все до одного свиньи бессовестные, кого ни возьми. А! Буслаев! Молятся на него, а он-то… – Нина хихикнула и прикрыла рот ладонью. – Тот еще ходок.
Она сделала непристойное и совершенно недвусмысленное движение.
– Лучше с любым алкашом замутить, ей-богу! Слышь, чего говорю?
Кира кивнула.
– Тут как при ограблении банка! – поделилась Нина выстраданной мудростью. – Главное – не денег нахапать, а улизнуть. О получке не думай. Если не смоешься, они тебя сожрут, хрена на закуску пожалеют.
В конце улицы показался человек, и Нина метнулась к нему.
Кира сразу выкинула из головы глупый разговор. Но два дня спустя поползли слухи об исчезновении женщины, и ее кольнуло нехорошее предчувствие.
– Нинка-то Куренная? – спросила почтальонша. – Непутевая баба. Бывает, пожалеешь ее, а она такой дрянью обернется, что хоть плюйся. А в другой раз топает на каблуках – ну шалава шалавой, а приглядишься: глазищи детские, несчастные.
– Давно ее не видели?
– Кто ж знает… Она нынче должок обязалась вернуть, а не явилась. К ней пришли – дверь нараспашку, дом пустой, на столе еда тухнет. Пару дней, пожалуй, не появлялась на людях.
– А обычно ты встречаешь ее каждый день?
– Нинка безработная. Проедает наследство от покойной матери. Она как выпьет, начинает куролесить: по городу бродить и к прохожим приставать, не заметить ее трудно.
– Раньше она пропадала?
Козарь задумалась.
– Не припомню… Но ты сама рассуди: женщина пьющая, а спиваемся мы быстро, быстрее мужиков. Рано или поздно должна была загулять.
«Меня здесь все ненавидят», – вспомнилось Кире.
– Поискать бы ее, – озабоченно сказала она. – А если пьяная в овраге валяется?
– Поваляется – вылезет. – Козарь пожала плечами. – Что, у тебя душа за нее болит? Вернется, никуда не денется.
Нина Куренная не вернулась ни на следующий день, ни через неделю. Кира поговорила с водителем автобуса.
– Яркая она, запомнил бы, – сказал пожилой мужчина. – Но вы, Кира Михайловна, зря переживаете. Такие, как Нинка, нигде не пропадут.
– Откуда вы меня знаете?
– Внук мой у вас учится.
