Автор
Четвёртая часть серии о противостоянии боксёра и самбиста. История разворачивается в среде советских военнослужащих дрезденского гарнизона, где боевые единоборства становятся испытанием характера. Армейское братство, служба в ГДР и борьба за признание создают напряжённую канву событий.
Раздел Chitat.online для книги «Кто сильней - боксёр или самбист? Часть 4» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Четвёртая часть серии о противостоянии боксёра и самбиста. История разворачивается в среде советских военнослужащих дрезденского гарнизона, где боевые единоборства становятся испытанием характера. Армейское братство, служба в ГДР и борьба за признание создают напряжённую канву событий.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Четвёртая часть серии о противостоянии боксёра и самбиста. История разворачивается в среде советских военнослужащих дрезденского гарнизона, где боевые единоборства становятся испытанием характера. Армейское братство, служба в ГДР и борьба за признание создают напряжённую канву событий.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Кто сильней - боксёр или самбист? Часть 4» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Габаритные огни армейского джипа медленно выдвинулись в темноту навстречу светящимся «Танкам».
Тихая саксонская ночь…Только светятся вышки и мишени стрельбища… Армейская романтика… Будет, что рассказать коллегам-москвичам.
А тут и дождик саксонский пошёл не вовремя. Походил, походил отважный московский генерал в шитых сапогах и в сшитой фуражке по сырому полигону, одёргивая ноги, как кот по мокрой траве, померил мишени вместе с прапорщиком и всё же зафиксировал попадания. Работу свою выполнил и по прибытии приказал принести ему солдатские сапоги для следующего раза. Переобулся, но больше не поехал, т. к. москвича пригласили согреться и отметить боевой выезд. Мол, таковы традиции гвардейского 67 МСП…
Пил старший офицер как настоящий генерал! Где-то с литр немецкой пшеничной водки «Кёрн» точно скушал. И затем по неотложным генеральским делам заспешил в штаб армии, сел в свой «УАЗик» и уехал сытый, пьяный, в фуражке, но — в солдатских сапогах…
Буквально через час «УАЗ» генерала прилетел на всех парах обратно на полигон и подъехал прямо к Директрисе БМП. Взволнованный и отрезвевший москвич лично забежал на вышку Директрисы БМП. А шикарных сапог-то нет! И солдат пожимает плечами… Вроде только что были… И начальник стрельбища домой в город укатил…
Рассерженный москвич направился с челобитной прямо к командиру полка. Так, мол, и так — умыкнули злодеи сапоги генеральские во время стрельбы. А он, добрая душа, оценку «отлично» полку поставил. За что, спрашивается?
Подполковник Григорьев, понимая политическую важность неприглядной ситуёвины, совместно с генералом московским двинулись из штаба полка прямиком к Кантемирову в гости, в семейное общежитие. А прапорщик уже почивать изволили. Время то — уже за полночь. А тут резкий стук в дверь. Как по тревоге! Не спится генералам с подполковниками…
Прапорщик халат махровый только накинул (в «Экскьюзите» покупал — фирма) и с интеллигентным вопросом «Кто?» открыл дверь. И услышал неинтеллигентный ответ командира полка: «Конь в пальто!» и резонный вопрос: «Где сапоги генеральские?»
А нам чужого не надо! Начальник стрельбища после поспешного отъезда генерала по-хозяйски прибрал-таки сапожки, аккуратно сложил в пакет фирменный и занёс обувь по дороге домой в гарнизонную гостиницу специальную, для генералов рассеянных.
Кантемиров потом рассказывал коллегам, что в тот момент товарищ генерал-майор был сам готов сбегать за бутылкой для товарища прапорщика. Да вот так и не сбегал. Как-то не по-товарищески получилось…"
"В общем, насмотрелся начальник войскового стрельбища Помсен на генералов разных и ничего хорошего от них не ждал. И по большому счёту — ничего плохого от московских проверяющих за все четыре года сверхсрочной службы пока не видел.
