Автор
В Новороссийске прозвучали выстрелы, и мир резко изменился: Русский банк для внешней торговли стал центром кровопролития в январе 1911 года. Бандиты, подстроившиеся под тихую улицу, внезапно появляются в преддверии двенадцатого часа - число идет на двадцать. Несколько групп человек с черными пальто и скрытой жестокостью готовятся к масштабному штурму. Мир рушится, как каркас зеркала в пронзенном луче дня....
Они связаны через Шкуропата. Оба интересуются нефтью. Вычеркивать шуринца пока преждевременно.
– Но он не строит завод, – напомнил Лыков. – Зачем ему сжигать Гукасова с Андрейсом?
– Мы не знаем. Довгило участвует в капитале нескольких нефтедобывающих компаний. Что там творится? Конкурентная борьба? Делят скважины? Тут бах! – и Гукасову стало не до этого, у него завод улетел в трубу… Нет, подозреваемые могут быть в сговоре, диверсия – их совместная задумка.
Отобедав, сыщики поехали к Юшкину. Несмотря на предпраздничный день, его приемная была забита людьми.
– Смотри, мы ведь до генерала дойдем. Как так – отдать нашу землю без нас? Мы за нее кровь проливали, а ты, чернильная душа, чем заслужил?
В углу лощеный англичанин, а может, американец, – кто их разберет? – жевал мятные пастилки и читал нерусскую газету. У окна два туземца шептались с евреями, слышно было, что они обсуждали сумму взятки Юшкину.
Алексей Николаевич предъявил секретарю свой билет, и через минуту питерцы уже входили к инженеру.
– Евгений Максимович, – сразу взял быка за рога статский советник, – как лучше всего поджечь нефтяные баки?
– Поднести к ним открытый огонь. Я уже вам говорил.
– Меня интересуют детали. Давеча мы с вами наблюдали, как первая нефть хлынула в гигантский бак Моринга. Предположим, я хочу его поджечь…
– Вы? А, понимаю…
– Отлично, что понимаете, а то я сам себя уже не пойму.
Надворный советник улыбнулся:
– Так может думать только дилетант.
– Ну-ка? Неужели не нужно ждать, когда резервуар наполнится?
– Конечно. Сама нефть все-таки требует сильного жара. Но в баке, помимо нее, находится еще что?
– Воздух, – изрек Азвестопуло.
– Где вы там воздух-то нашли? – обиделся Юшкин.
– Как где? Между нефтью и крышкой.
– Это не воздух, а нефтевоздушная газовая смесь. И она взрывается от любой искры. Недолитый бак опаснее, чем полный. В разы! Достаточно поднести спичку к смеси, и – бумц!
Лыков изменился в лице:
– Значит, нефти, что уже закачали в бак Моринга, достаточно для взрыва?
– Если вы хотите получить громкий хлопок, то да, – ответил инженер. – Слышно будет в Пашковской. Бак раскроется, подобно бутону, нефть в нем сгорит без остатка.
