Автор
В Новороссийске прозвучали выстрелы, и мир резко изменился: Русский банк для внешней торговли стал центром кровопролития в январе 1911 года. Бандиты, подстроившиеся под тихую улицу, внезапно появляются в преддверии двенадцатого часа - число идет на двадцать. Несколько групп человек с черными пальто и скрытой жестокостью готовятся к масштабному штурму. Мир рушится, как каркас зеркала в пронзенном луче дня....
– Да они каждый день буянят, надоели.
– Честь имею откланяться.
Питерцы вышли на Штабную. На углу с Рашпилевской стоял офицер и смотрел на них. Лыков с удивлением узнал в нем капитана Продана из контрразведки.
– Игорь Алексеевич! Какими судьбами?
– Здравствуйте, Алексей Николаевич. И вы, Сергей Манолович. Я приехал в Екатеринодар в командировку. По вашей милости, между прочим.
– По моей милости? Поясните.
– Господа сыщики! Я знаю, что такое «кубанский огонь».
Глава 15
Тайна «кубанского огня»
Лыкову сначала показалось, что он ослышался.
– Простите?
Капитан хмыкнул:
– Сами же телеграфировали Виктору Рейнгольдовичу. Неужто позабыли?
– Нет, занимаемся этим огнем с утра до вечера, – растерянно ответил Лыков. – Вот только бы еще знать, что это. Расскажете?
– Охотно. Такое название дал своему изобретению подхорунжий Рябоконь. Вы указали эту фамилию в телеграмме Таубе. Как выглядит то, что вы ищете? Труба, соединенная шарниром с толстой плитой?
– Насчет шарнира не знаю, мы располагаем описанием, которое сделал малограмотный инородец.
– Так и есть, – подтвердил капитан. – Когда военный министр услышал от Таубе подробности дела, сразу приказал послать меня. Вам на подмогу. Давайте сядем, где потише, и обменяемся новостями.
Питерцы уселись в ресторане «Гранд-Отеля», заказали кто кофе, кто пива, и начался длинный разговор.
Больше департаментским рассказывать было нечего, и они предоставили слово контрразведчику.
Продан, слушая рассказ, записывал слова сыщиков в толстый блокнот.
