В мире, где каждый преследует свои цели, спецназовец Сыч готовится к опасной операции против террористов. Одновременно полевой командир организует побег старому пастуху, а международный террорист вынашивает собственные планы. Судьбы героев переплетаются в напряженном противостоянии, где...
Раздел Chitat.online для книги «Пояс шахида» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В мире, где каждый преследует свои цели, спецназовец Сыч готовится к опасной операции против террористов. Одновременно полевой командир организует побег старому пастуху, а международный террорист вынашивает собственные планы. Судьбы героев переплетаются в напряженном противостоянии, где...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Лев Николаевич Пучков Легкое чтение Детективы Крутые детективы подборки серии
В мире, где каждый преследует свои цели, спецназовец Сыч готовится к опасной операции против террористов. Одновременно полевой командир организует побег старому пастуху, а международный террорист вынашивает собственные планы. Судьбы героев переплетаются в напряженном противостоянии, где...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
"Лев Пучков
Пояс шахида
Все события, описанные в книге, вымышлены. Любые совпадения с реально существующими людьми и организациями — случайны и непреднамеренны.
Глава 1
…Начало последнего месяца 2001 года. Форпост России на Кавказе — Стародубовск. Казачий рынок — самый большой областной базар, расположенный неподалеку от центра города.
Погода и настроение очень даже обычные для первых деньков кавказской зимы: свинцовое низкое небо без единого просвета, серая взвесь мельчайшей мороси, стылый тягучий воздух, парок из множества торгующих и покупающих ртов… микроскопические гирлянды капель на каракулевых воротниках бекеш, жидкая грязь в асфальтовых выбоинах, отсыревшие базарные псы, боязливо жмущиеся к прилавкам мясного ряда, хмурые взгляды, хмурые лица, преобладающие интонации — брюзжаще-недовольные…
Эх и нехороша же ты, кавказская зима! Не приспособлена под душевные предрасположенности русского человека. Этому бы русскому — в санях с бубенцами прокатиться, в сугробах с веснушчатыми девчатами побарахтаться, на лыжах махнуть десяточку, шумной ватагой медведя поднять с берлоги, да слегка напакостить — втихаря елочку в заповедном лесу срубить на Новый год. Неплохо ведь, правда? Куда как приятнее, чем месить кавказскую грязюку и неуютно ежиться от промозглой сырости, поглядывая на небо в ожидании очередного циклона и между делом мрачно прикидывая, где в таком неудобном месте можно определить запасную позицию для снайпера…
По мясному ряду, осторожно переступая начищенными хромовыми сапогами через лужи, шествует казачий патруль: пятеро молодцев в бекешах, папахах, с погонами, нагайками за опояской, повязками на рукавах и важными усатыми лицами. Шашки бы молодцам положены для пущей важности, да вот беда — молодцы частенько употребляют и, бывает, полоснут кого ни попадя дедовским клинком. Потому постановлением местной администрации ношение ритуального холодного оружия разрешено лишь войсковому атаману и старшинам. Остальные — пешком постоят.
Добравшись до самого конца ряда, служивые в нерешительности останавливаются у предпоследнего лотка. Патруль каждый день другой — как по ведомости распишут. В прошлый раз службу несли, не было этого торгового места. И хотя в теперешней ситуации это их не касается, все равно — по старой памяти интересуются. Как-то непонятно: после пяти крайних лотков с синими курями, и вдруг — такие аппетитные копчености. С чего бы это?
— Почем корейка? — молоденький розовощекий бутуз с погонами хорунжего несытым взором ощупывает деликатесы, разложенные на деревянных поддонах.
— Там ценник, — мрачно выдавил Василь. — Глазоньки разуй, хлопец.
— Если б был — не спрашивал бы. Что я — слепой?
— А ну… Точно — запал под поддон. На, малый, гляди.
