В сумрачном зале конференций, взгляды людей скрываются за крышкой чашек. Агафонов самодовольно заявляет о сокращении бюджета для поездки на отдых. Народ вздыхает, но Агафонов игнорирует их раздражение, всегда решительно перехватывая ситуацию в свою пользу.
«Ох ничего себе», — успела подумать Ева, как снова послышался жаркий шепот Агафонова:
— Я не дам тебе спать, не надейся…
Она смутно помнила, как они все-таки выбрались из-под душа и, наскоро завернувшись в белоснежные полотенца, устремились в спальню.
Ева мельком огляделась по сторонам. Ничего необычного. Высокое кожаное изголовье кровати темно-коричневого цвета напоминало шоколадную плитку, обои цвета кофе с молоком придавали комнате утонченно-уютный вид, а белые кресла оживляли унылый монохром.
— Ложись, — велел Агафонов, кивая на разобранную постель, и даже слегка шлепнул по попе.
— А ты? — удивилась Ева.
— Сейчас приду, — усмехнулся он и, наклонившись, нежно поцеловал.
Ева сделала шаг к кровати и удивленно уставилась на хозяина дома, подкинувшего дрова в чуть тлеющий камин. Настоящий камин с живым пламенем! В многоэтажном здании!
— Ты чего? — улыбнулся Агафонов и, взяв ее за предплечье, плюхнулся на постель. Ева приземлилась рядом, но в тот же момент сильные руки любовника уложили ее к нему на живот.
"— Попалась? — хохотнул он, убирая с ее лица волосы и покрывая его мелкими поцелуями. — Не переживай, — серьезно пробормотал он. — На этой кровати я обычно сплю один, — прошептал он, умолчав, что дальше по коридору имеется круглый сексодром из белой кожи, запросто вмещающий несколько человек. Комната без окон и с дополнительной шумоизоляцией. Шест, стереосистема, бар, все дела… Вот только заниматься там с Евой любовью совершенно не хотелось. Он осекся, прекрасно понимая, что сейчас последует вполне традиционный вопрос «почему?».
«Так зачем же ты уложил ее в койку, где спишь только сам? Проняло до костей, что у нее никого не было? Или чтоб контролировать Зака, дербанящего свои трофеи на террасе? А может быть, впервые в жизни от простого секса в миссионерской позе снесло крышу?» — Агафонов не знал и не спешил с выводами.
«Мне хорошо с ней», — поставил он жирную точку в раздумьях и, перевернув Еву на спину, навис над ней тенью.
Они задремали только под утро и почти тут же проснулись от резкого звука, донесшегося с кухни. Вернее, первым подскочил Агафонов, чем и разбудил Еву.
— Что? — спросонья пробормотала она, потянувшись к нему.
— Спи, спи, — прошептал он, целуя ее в висок.
— Там кто-то ходит? — испуганно мяукнула она и воззрилась на него широко распахнутыми глазами.
— Товарищ Зак, — скривился Михаил. — Видимо, мой кабаний медведь соблаговолил вернуться в дом.
