Автор
Сквозь мерцание фар они видят луну, мелькающую между облаками, а под ногами – бесконечные поля, вытянувшиеся как живые существа. Рамона чувствует, что воздух вокруг напряжен до безмолвия, словно куколка в чьем-то огромном шедевре. Пьяный Крип тащит машину, но ее гул окутывает смертельной тишиной, как будто они одни во всей широкой бездонности....
Чазз, смутно осознавая, что Рамона кричит у него за спиной, потерял над собой контроль. Ужас ситуации сразу же поглотил его. Всё внутри него, казалось, втянулось в какую-то огромную чёрную дыру, и он закричал и обезумел от ярости. Собрав всю свою силу, а она была немалой, он отдёрнул руку, и женщина-манекен последовала за ней. Он замахал рукой, пытаясь сбросить её, и её суставы издавали ужасный щёлкающий звук, как будто она была деревянной куклой. К этому моменту её рот был открыт в широкой беззубой улыбке, и она пыталась обхватить его ногами.
Наконец, он сбросил её.
Она ударилась о землю, её рука с грохотом отлетела от тела, одна нога была сломана ниже колена. Её голова покатилась по тротуару, как мяч, челюсти всё ещё открывались и закрывались.
Её кисть всё ещё сжимала его предплечье.
Даже оторванные от её тела, пальцы всё ещё двигались, разминая его руку. Он снова закричал и оторвал их, оставив на теле четыре кровоточащие борозды.
К тому времени Чазз был не в себе.
Он был весь в холодном/горячем поту, дрожал и бился в истерике, издавая пронзительные стонущие звуки. Когда Рамона попыталась дотянуться до него, он отшвырнул её в сторону, и она растянулась на асфальте.
Затем он пустился в дикое, слепое бегство.
Потому что части женщины-манекена были не так мертвы, как должны были быть... они всё ещё двигались.
7
Когда Рамона упала на землю, она потеряла сознание.
Она была в отключке не более двух-трёх минут, но когда открыла глаза и огляделась, Чазза нигде не было видно. Голос у неё в затылке, тот же самый, что предупреждал её держаться от него подальше, сказал ей: ""Он поимел тебя. Выбросил из машины, чтобы сбежать. Вот такой он человек. Я надеюсь, теперь ты довольна своим выбором.”
Но это было не так.
И никогда так не было.
"К несчастью, с тех пор как ей исполнилось четырнадцать, она снова и снова выбирала один и тот же типаж, воплощая в жизнь какую-то детскую фантазию об идеальном парне с идеальным телом и идеальным лицом. Но если и было что-то, чему она снова и снова училась на своём горьком опыте, так это то, что чем лучше что-то выглядит снаружи, тем хуже внутри.
Всё это промелькнуло у неё в голове, когда она оклемалась и поняла, что её бросили.
