Чувствую, что умею делать для людей то, что не умеет больше никто. Это огромная ответственность, но она придает силы.
— Поэтому ты много работаешь?
— Да. — В коротком ответе не было рисовки, простая констатация факта.
— Клиника, больница, благотворительный фонд, конференции…
— Лекции студентам, исследования…
— Но ведь ты уже профессор.
— Я стремилась не к званию, — улыбнулась Олеся. — Оно просто приложение к моей деятельности.
И Артем опять поверил: женщина не обманывала, ее действительно интересовали реальные результаты собственного труда, а не титулы и слава.
— Многие добиваются высот, чтобы потом почивать на лаврах и стричь купоны со старых заслуг. У профессора всегда будет много пациентов. Меня не интересуют деньги, только дело.
— Но при такой загруженности от многого приходится отказываться.
Артем замялся, но возникшая между ними откровенность не предполагала стыдливых отговорок.
— Разве сейчас я одна? — рассмеялась Олеся.
— Только не рассказывай, что ждешь своего принца.
— Ты не похож на принца. Скорее на разбойника.
— Да и я не серьезно, — снова рассмеялась женщина.
— Извини, я не должен был спрашивать об этом.
— Почему нет? — Олеся помолчала. — Давай скажем так: мне действительно не хватает времени на личную жизнь.
Они покинули ресторан за полночь, и Олеся, к легкому удивлению Артема, отказалась продолжить вечер на танцполе «Ящеррицы», предложив вместо этого просто прогуляться по городу, благо теплая сентябрьская ночь буквально звала на улицу. Сонные переулки, освещенные томными фонарями, величавая Красная площадь, которую они пересекли под бой курантов и, наконец, набережная, где свежий ветерок слегка нарушал теплый покров ночи. Они и замечали и не замечали раскинувшийся вокруг город. Они легко переходили с шутливых баек на серьезные темы, а потом снова шутили.
Им было интересно вместе.
— Так каково это — убивать?
— Иногда — трудно, иногда — неожиданно. Даже не успеваешь понять, что сделал. — Ее голова по-прежнему покоилась на плече Артема, но наемник не предпринимал попыток воспользоваться ситуацией.
— Иногда я радуюсь, как дитя.
— Тому, что остался жив.
Какое-то время Олеся молчала, затем вздохнула:
— Об этом я не думала.
— В моей семье все были Целителями. Все в роду, сколько себя помню. Бабушка, отец, теперь я. Как говорят в Зеленом Доме — удивительно устойчивая комбинация генов. В каждом поколении у нас обязательно появляется маг. И обязательно чередование: мужчина — женщина, мужчина — женщина.
— Твои родители живут здесь?
— Нет, — Олеся улыбнулась. — Несмотря на столичный лоск, я совсем не москвичка.
— Есть такой славный город — Ростов-на-Дону. Слышал?
— Стараюсь потихоньку.
— Моя семья живет там уже двести лет, нас там все знают.