Аня стесняется своей внешности, постоянно напоминая себе о том, что аккуратней с куколкой – своими ногами. Она мечтает, что ее обожающий знакомый не заметит, что ей плохо от его рукопожатия — словно на какой-то конкурс красоты. Но все идет наперекор ее ожиданиям...
Вздрагиваю от холодного тона Алана, меня словно ледяной водой окатило. Разворачиваюсь к мужчине, пытаясь понять, что сейчас будет. Он ведь не станет устраивать драку?
– Я не оставлю её с тобой.
– Тогда мы в тупике. Потому что с тобой Анюта тоже не уедет.
– А можно вы потом меня найдете? Когда разберетесь?
– Нет! – единственный вопрос, в котором мужчины пришли к согласию.
– Ладно, я… А можно я тогда подожду в другом месте? Я не… Я так устала, я не могу больше слушать это, - всхлипываю, хотя слёз больше нет.
Давид раздумывает несколько секунд, переглядывается с Аланом. А после мужчины синхронно кивают. Я выдыхаю, пусть и отложила казнь всего на несколько часов или минут.
Но… Вдруг у меня снова получится сбежать? Или они прибьют друг друга и кандидатов не останется. Или случится чудо, мужчины передумают? Я оттягиваю неизбежное, но мне это так надо.
Просто минута покоя, ни о чём не переживать. Поэтому, когда меня отправляют с кем-то из охраны, я практически спокойна.
Всё, что я могу сейчас – спастись или отдохнуть. Выглядываю с окна второго этажа, в темноте вижу машины возле ворот, людей. И направляюсь к кровати.
Просто полежу, пару минут. Не двигаясь, не думая. Абсолютная поглощающая пустота, чтобы перевести дух. Забираюсь под одеяло, чувствуя, что замерзаю.
Главное не спать, не пропустить приход мужчин. Я… Постараюсь ещё раз их убедить. Или придумать способ. Или… Поговорить с Аланом честно, нормально.
Усмехаюсь своей наивности. Мне кажется, что после сегодняшнего вечера я не смогу больше никому доверять. Слишком много обмана вокруг, лжи и подстав.
И… Кажется, я всё-таки засыпаю и проваливаюсь в темноту. Потому что, когда открываю глаза – светильник возле кровати выключен. И в голове туман, сложно собраться.
Вздрагиваю, когда чувствую чьё-то присутствие. Кто-то прижимается ко мне со спины, давит ладонью на живот, не отпуская.
– Тише, - мужской шепот бьёт по нервам. – Я не сделаю тебе больно.
Хочу поспорить, но слова сгорают, словно их никогда не существовало.
Ладонь мужчины забирается за край моей рубашки.
Мне нужно что-то сказать, но вырывается только прерывистый вздох. Мужские пальцы нежно гладят кожу, накрывают то местечко, где все сводит напряжением.
Пытаюсь понять, кто пробрался. Алан? Давид? Это ведь дом Давида, только он так может.
