В маленьком селе жил кукушонок из семьи дровосеков. Его мать втайне терзается любовью, муж ее - несчастен. Словно невидимый нож делил дом на части. Каждое утро он видит горькие слезы матери и тихий стон отца в ночи. Отец пытается сдержать раздающуюся внутри ревность, но это все равно бьет его как кукушка по будильнику - каждый день, каждую ночь....
– Сейчас оно прямо пропало… Слышь, внучка, около указателя налево.
Я остановилась у столба с табличкой «Косюхино – 300» и спросила:
– Вам сюда?
– Да, – пробормотал пассажир. – Поворачивай!
– Не могу, – ответила я.
– Почему? – возмутился старик.
Меня его реакция удивила. Милый пенсионер неожиданно начал сердиться.
– Дороги нет, – объяснила я. – Узкая тропинка между деревьями вьется.
– И чего? – нахмурился дед. – У тебя ж не убогие «Жигули». Вона джип какой!
– Ели тесно стоят, между ними внедорожник не пройдет, – спокойно объяснила я.
Дедушка сдвинул брови.
– Так ты нужный поворот проглядела, следовало раньше свернуть. Там грунтовка прямо до Косюхина.
– Извините, впервые в этом районе, – стараясь говорить ласково, оправдалась я, – вам следовало показать мне съезд.
– Сама безглазая? – нахамил пенсионер.
Я вгляделась в его лицо. А не такой уж он и старый! Лицо в морщинах, а взгляд цепкий, ясный, и под глазами нет «гусиных лапок».
– Выйдите, пожалуйста, – попросила я. – Довезла вас, докуда смогла.
Дед засопел, молча вылез из салона. Я сняла ногу с педали тормоза, посмотрела в зеркало и увидела его. Тот смотрел вслед моему джипу, потом лицо его перекосилось, старик плюнул мне вслед и погрозил кулаком. Я нажала на газ, и внедорожник полетел по шоссе.
Глава тринадцатая
Утром, встав в ванной у зеркала, я поняла, что волосы надо срочно приводить в порядок.
"Я сняла полотенце, глянула в зеркало и потеряла дар речи. Почему слова не захотели вылетать наружу? Потому что у меня парализовало говорильное устройство.
