В маленьком селе жил кукушонок из семьи дровосеков. Его мать втайне терзается любовью, муж ее - несчастен. Словно невидимый нож делил дом на части. Каждое утро он видит горькие слезы матери и тихий стон отца в ночи. Отец пытается сдержать раздающуюся внутри ревность, но это все равно бьет его как кукушка по будильнику - каждый день, каждую ночь....
Британец нежно любит и Аду Марковну, и Надежду Бровкину. Он ласков и с теми, кто ему пока не знаком. Такие люди у нас в квартире редкость, но порой заходят. На моей памяти кот всего один раз молча ушел при виде гостя. И потом выяснилось, что с этим человеком не следует никогда иметь дело.
Вас теперь не удивляет, что сейчас Альберт Кузьмич поместил верхнюю часть тела на мою голову, а филейная его часть, ноги и хвост свисают вдоль моей шеи, почти касаются лопаток? Поза животного меня не поразила. Странно, конечно, что британец спрыгнул, когда я села.
Затылок заломило.
– Сделай одолжение, слезь, – попросила я кота.
Тот даже не шевельнулся.
Именно в этот момент раздался звонок в дверь. Я предприняла еще одну попытку снять кота, но тот неожиданно начал громко возмущаться.
– Ух ты! – восхитился первый. – Картина маслом. Что случилось?
– Мы решили прогреть волосы щипцами, – начала Рина. – Верно?
Поскольку вопрос адресовался мне, я кивнула.
– Да.
– Они прилипли! – заломила руки мама Ивана Никифоровича.
– Интересно, кто и куда прилип? – пробормотал юноша.
– Когда Рина ушла, на голову мне залез Альберт Кузьмич, – присоединилась я к беседе.
– А-а-а, – протянул Кирилл. – И где он?
– Кто? – уточнила Ирина Леонидовна.
– Мужик, который на башку сел к… э… э…
– Татьяна, – представилась я. – Он до сих пор на макушке. Альберт Кузьмич – кот! Щипцы приклеились к моим волосам! Наверное, капсулы расплавились, поэтому электроприбор прилип. А котик любит изображать из себя шляпу, вспрыгнул и тоже – упс!
Кирилл повернулся ко второму парню.
– Жень, ты понял?
– Угу, – ответил Евгений. – После дядьки, от которого мы недавно уехали – ну, того, который сегодня горсть пуговиц съел, – тут все просто!
– Зачем он пуговицы съел? – заморгала Рина.
– На спор. Там пустяк, фурнитура мелкая, круглая, острых краев нет, – махнул рукой Кирилл. – Дали слабительное, ничего страшного. У вас тоже фигня! Главное, все живы. Дайте гляну на кота – вот его жаль очень!
Глава пятнадцатая
– Они уехали! – рассердилась Ирина. – Тоже мне, спасатели.
– Мы сами отказались от их услуг, – заметила я.
