В маленьком селе жил кукушонок из семьи дровосеков. Его мать втайне терзается любовью, муж ее - несчастен. Словно невидимый нож делил дом на части. Каждое утро он видит горькие слезы матери и тихий стон отца в ночи. Отец пытается сдержать раздающуюся внутри ревность, но это все равно бьет его как кукушка по будильнику - каждый день, каждую ночь....
– Так они предложили побрить тебя наголо! – еще сильнее разгневалась мама Ивана Никифоровича. – Идея! Ну почему я раньше не додумалась? Едем!
– Куда? – насторожилась я.
– В салон, где тебе кудри приклеили! Ты говорила, что они их и снимают.
– Да, меняют старые пряди на новые.
– Значит, у них есть растворитель клея! – заликовала Ирина Леонидовна. – Проблема решена.
– А куда Альберта Кузьмича деть?
– Какие имеем варианты? На мой взгляд, он всего один! Кот поедет с нами, лежа у тебя на макушке и шее. Кто сядет за руль? На какой машине отправимся?
– На моей, – быстро ответила я.
– Нет, – возразила Ирина Леонидовна. – Когда семь кило живого веса восседают на башке, трудно рулить. Берем мой джип.
Я опустила глаза. День сегодня начался не очень хорошо, а его продолжение сейчас станет нервным. Но спорить с Риной не решается даже Иван Никифорович.
Через короткое время мы очутились во внедорожнике свекрови, Ирина Леонидовна взялась за руль, я вжалась в кресло. Автомобиль выскочил на проспект и помчался вперед, ловко перескакивая из ряда в ряд.
"Я не воцерковленный человек, но всякий раз, когда приходится ехать пассажиром в транспортном средстве, которым управляет Рина, начинаю твердить про себя: «Господи, помилуй». Учтите, Ирина Леонидовна – гениальный водитель. Но она пролетает на расстоянии миллиметра от другой машины, и у меня пропадает голос. А у водителя авто, которое Ирина Леонидовна миновала, не задев, прибавляется седых волос. Я добираюсь до нашего офиса минут за пятнадцать. Рина приедет в три раза быстрее.
Сейчас я как раз собралась зажмуриться, чтобы не видеть, как Рина летит к тоннелю.
