Особист за нашими, прямо как хвост, ходит, подумал Васильев, хорошо, что он хоть на виду.
На следующий день Васильев по картотеке вызвал осужденного Саникова. Он иногда давал интересную информацию, редко, но метко.
— А я уже думал и не вызовите меня. Смотрю на букву «С» народ тянут, что случилось? — спросил Саников.
— Тема есть, говорят мои балуются, отраву носят, не слышал?
— Слышал, что носят, а вот кто не знаю. Знаю только то, что лучше не лезть в это, так как по шапке можно получить. А кроме ваших, по шапке здесь дать некому. Да и ход у него свободный, где хочет там и двигается. А что самое интересное, что он двигается, когда хочет, независимо от массовых мероприятий. Это только твои Василич.
— Саников, ты цену-то себе не набивай. Кто конкретно и кому конкретно, ты меня знаешь?
— От Яшкина всё идёт в зону. Ему там в бане хорошо, загашников много, захочешь не найдёшь. Как завхоз бани двигается везде. Народу туда ходит и ваших, и наших много, а кто носит не знаю. Если он уже на заказ начал работать, значит не просто так у него там всё. Значит его человек на свободе с барыгами двигается, больше ничего не знаю.
— Ну что значит на заказ? Ты конкретно говори.
— Это значит, что, если я сегодня вечером закажу пять граммов героина три девятки, то мне завтра после обеда пять граммов героина три девятки Яшкин принесёт.
Саников ушёл, а Васильев думал, что со стороны всё выглядело так просто, что вообще было ничего не понятно. Такое ощущение, что Яшкин сам к барыгам на волю ходит.
Прошёл месяц. Васильев привык к ковру руководства, как к родному, но «ноги» вычислить пока не мог. Он не любил работать грубо. Понятное дело, что он мог уронить Яшкина, но есть вероятность, хоть и небольшая, что он спугнёт поставщика. Всё затихнет и поминайте лихом. Это был уже спортивный интерес. Васильев уже чётко понимал, что это кто-то из оперов. Но каждый раз что-то не сходилось, или время или место или… Васильев уже понял, что в зоне плавает много дезинформации, а запускает её специально этот поставщик, путая свои следы.
Самое интересное, что Васильев так и не вычислил, кто в тихаря побухивает из его холодильника. Это несмотря на то, что туда заходят только свои. Был бы он менее порядочным, то подмешал бы в спиртное пурген, но он не такой. Васильев дал денег своему знакомому, чтобы тот купил самый вонючий самогон, чтобы прямо до рвоты. Он налил его в красивую бутылку и через два дня его тоже стали тырить. Да-а, подумал Васильев, не владеешь ты Вася оперативной информацией не только в зоне, но и в своём служебном холодильнике ни хрена не знаешь.
ИК-12. Крыса
Осужденный Пархоменко отсидел в ШИЗО свои тридцать суток и вышел в зону. За это время многое изменилось. В зоне уже было равенство за столами между мужиками и петухами.