История оперативного работника колониального учреждения 21-го века, который вынужден балансировать между законом и моралью, карой и милосердием. Сложная работа требует от него быть одновременно судьей, защитником и шпионом в мире криминала и заключения.
Через месяц, как и предполагал Бобышкин, в очередь выстроились и проститутки, и зэки. Чуркасов был очень удивлён, что в зоне оказывается гораздо больше денег чем он предполагал. А это лишний повод неприятного разговора с Арбатовым по его работе в направлении изъятия наличных денег у осужденных.
Проститутки были рады постоянной работе в зоне. Она была проста и без лишних изысков и извращений. Не надо было работать в два, три ствола или терпеть долгие и тупые разговоры. Зэки быстро снимали вынужденное моральное напряжение и разрядившись на свидании были более спокойными в зоне. Все были довольны новым бизнесом, и зэки, и проститутки, и Чуркасов, и Бобышкин.
В некоторых случаях девятая комната была коротким поводком. За плохое поведение некоторых правильных зэков начальник иногда грозился её закрыть навсегда. Это сразу всех отрезвляло и давало повод блатным этих правильных негодяев наказать по понятиям. Малина — святое дело!
Часть 4. 2014 год
Глава 1
ИК-3. Директор
Васильев уже год собирал оперативную информацию на заместителя начальника колонии по производству, директора, подполковника Понфилова Сергея Александровича. Собирал постепенно, так как времени всегда не хватало, да и работа очень деликатная. Грамотного производственника в зоне не взять. Он «работает» на воле, до забора зоны. Васильев стал замечать, что на швейном производстве стало возникать много ошибок. В упаковке вместо десяти костюмов, лежит или девять, или одиннадцать. Много опечаток в накладных и сопроводительных документах. После инвентаризации постоянно остаются излишки, но всегда есть отговорка. Бухгалтерия опять что-то забыла и в итоге всё ровно, излишек и недостач нет.
Конечно, десятки километров ткани не перемеришь. Если смотреть выборочно, всё равно возникают вопросы. Васильев всерьёз занялся этим делом. Он и раньше знал, что хороший закройщик из десяти метров ткани может хорошо отрезать в свою пользу. Искусно раскладывая лекала, украсть можно вплоть до полуметра, если ткань шириной полтора метра. Васильев углубился в вопросы швейного производства и многое понял. Если больше ткани и однородной продукции, к примеру спецодежды, то можно из километра выкроить и до ста метров. Главное сделать специальный расчёт всех костюмов на весь объем ткани. Это конечно медленно, но остаток будет больше.
Принцип прост. Самое главное, чтобы рисунок на ткани был не направленный и она была без нитей основы. Нельзя кроить пачками по двадцать, тридцать листов.
