В закрытой тюрьме ИК-3, где ночь наступает раньше света, молодой кум стремится добраться до продуктового магазина, чтобы приготовить водку. Его озабоченность скорее попасть к старшему куму и председателю штаба Петровичу не случайна — отец его двух дочерей в сорок уже служит в колонии десятилетиями. В этом мире, где каждое слово важно и каждый шаг тщательно спланирован, жажда скорее кого-то увидеть может привести к неожиданным рискам....
Намёк понял?
— Понял, я могила.
Через неделю электронный дневник осужденного Гейзмана был готов. Бобышкин всё внимательно прочитал. Он сделал вывод, что с такими исключительными данными Гейзману можно прямо сейчас баллотироваться в высшие органы государственной власти. Жаль только, что у него судимость есть, не пропустят. Хотя? Ну да ладно.
С личным делом было проще и его заново перешили. Михайлов выполнял всю печатную работу, а нарядчик Руслан всю письменную. Включая подписи сотрудников администрации и начальника колонии, которые он уже давно привык подделывать по своей работе.
Гейзман прошёл суд и вышел на участок колонии-поселения. Он заплатил сто пятьдесят тысяч за месяц вперёд и подарил Бобышкину машину. По старой схеме снял жилье в соседних домах и трудоустроился моляром в автосервис.
Глава 5
ИК-3. По совести, но против понятий
Васильев находился на суточном дежурстве. Обычный день в зоне, зэки, дела, этап, обходы, обыска, работа с агентурой. Стандартная для колонии бытовуха. Вечером к Васильеву пришёл ночной дневальный медсанчасти осужденный Дудичь Дима.
— Василий Васильевич, разрешите. — спросил Дудичь.
— Заходи.
— Я по делу.
— Интересно, и что это? — настороженно спросил Васильев.
— Меня особист вызывал и поставил условия. Или я записываю с Вами разговор, чтобы Вы помогли мне занести медикаменты для лечения, или не видать мне никакого УДО. Если не запишу, то поеду в гарем.
— Кто именно из ОСБ?
— Павлов.
— А теперь подробнее. Я так понимаю в медикаментах что-то должно быть?
— Да, там будет героин. Они хотят Вас с поличным взять.
— А почему мне решил рассказать? Мог бы на УДО свалить. Я же тебя пару раз садил в ШИЗО, когда перевоспитывал, вот и отомстил бы мне.
— Да что Вы ерунду говорите. Садили за дело, могли вообще меня весь срок катать по изоляторам. Я тогда сам виноват был.
