В закрытой тюрьме ИК-3, где ночь наступает раньше света, молодой кум стремится добраться до продуктового магазина, чтобы приготовить водку. Его озабоченность скорее попасть к старшему куму и председателю штаба Петровичу не случайна — отец его двух дочерей в сорок уже служит в колонии десятилетиями. В этом мире, где каждое слово важно и каждый шаг тщательно спланирован, жажда скорее кого-то увидеть может привести к неожиданным рискам....
В кассетах будут пакеты, но всё будет сделано аккуратно. Ты не переживай, такой очень тонкий пуховик получится.
— В смысле? Как бронежилет что ли?
— Нет. Как бронежилет — это зимой удобно. Летом лучше всю форму обшить тонкими кассетами, так вообще не видно будет.
— Что дальше?
— Одеваешь форму и идёшь на работу. В зоне пойдёшь на обход и зайдёшь в столовую. Там тебя баландёр, случайно споткнувшись, обольёт баландой.
— Ты шутишь?
— Не отвлекай. Ты, конечно, для вида дашь ему по башке и скажешь, чтобы дневальный принёс тебе из кабинета запасную форму.
— Пастухов тоже твой человек? — насторожено спросил Бобышкин. — Он в курсе этих дел?
— Лёша, ты ещё наверно не совсем понимаешь, что такое зона. Вы мусора думаете, что всё знаете, видите и всё контролируете. Но вам никогда не окунуться в этот мир, как бы вы не старались. В колхозе своя жизнь идёт. Не важно, красный ты или чёрный, хоть голубой, всё на общее благо. Каждый знает то, что должен знать, не больше.
— Ладно, с этим понятно, дальше что?
— А что дальше? Форму тебе постирают и в кабинет принесут. Потом приедешь на адрес, который я тебе скажу и получишь кровно заработанные. Потом готовимся к следующей партии. Работаем раз в месяц, полтора, не больше.
— И что мне каждый раз вот так переодеваться?
— Лёша, способов, чтобы занести наркоту в зону, миллион шесть штук. Но все её ищут в самом тайном месте, мы фантазируем и её там не прячем.
— Не думал об этом, если честно.
— А ты задумайся. Если хочешь спрятать хорошо, то прятать надо на видном месте и никогда не повторяться. Представь себе, если бы тебя два раза в месяц баландёр баландой в столовой обливал. Даже дурак бы догадался, что здесь что-то не так. Сегодня форма, завтра ботинки тебе новые сделаем, послезавтра машину на ремонт загонишь и так далее.
— Ну и сколько там в форме будет?
— Да примерно килограмм, полтора, не больше.
— Ну и сколько я получу за это дело?
— Тридцать. И это не обсуждается. Думай, сравни со своей зарплатой и ещё раз подумай.
— Хорошо. — сказал Бобышкин, прикинув в уме, что тут хватит всем, включая доляху Горлова. — Тридцать так тридцать, договорились. Адрес ателье называй.
— Зайдёшь в Дом Мод, в подвале есть ателье «Дождь».
