Утро в лагере встретило необычную новость - и рыцари, и крепостные с облегчением выдохнули воздух. Глава 1 отправляет читателя прямо в мир средневековой Руси, где каждое движение подчинено строгим традициям и обязательствам. Атмосфера оживает изысканными подробностями жизни на княжеской земле: хозяйственные дела, боевые искусства, оружие - все это объединяется в живописный портрет мира древних времен....
Похоже, «Купец из будущего (части 1-2)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Несколько вариантов разговора они отработали, и на каждый из них был готов свой сценарий.
— Что ты имеешь в виду? — поднял бровь епископ.
— Его величество поход в восточные земли затевает, — сказал Гарибальд.
— Ну, и что? — посмотрел на него из-под бровей Арнульф. — И ты, как верный его подданный, тоже войско готовь. Или опять, как в прошлый раз, отсидеться в своих лесах решил? В этот раз не выйдет. Его величество двадцать тысяч воинов может привести.
— Не нужна мне эта война, — хмуро сказал Гарибальд. — Франки прежде всего мои земли разорят.
Арнульф зло засопел. В том походе был его отец. Война тогда, и впрямь, не задалась. Тысячи воинов от болезней погибли, а еще больше — на обратном пути, когда их озверевшие горцы перебили, которых они до этого ограбили до нитки.
— В этот раз то же самое будет, — пообещал Гарибальд. — Мои люди не римляне. Они терпеть не станут, когда франки их грабить начнут. Меня зарежут, нового герцога выберут, и франкам в спину ударят. Не вернется эта армия домой, епископ.
— Ты смеешь угрожаешь, нечестивец? — налился кровью Арнульф, и начал приподниматься в кресле. — Смотри, я и забыть могу, что хлеб с тобой преломил!
— Не гневайся, святой отец! Ведь Бог есть любовь, помнишь? — торжественно сказал Гарибальд фразу, от которой ржал, как жеребец.
— Чего??? — Арнульф упал в кресло и захлопал глазами в изумлении. — Ты сам понял, что сказал сейчас, несчастный язычник?
— Бог есть любовь, святой отец, — почтительно ответил Гарибальд, удивляясь про себя чудодейственной силе дурацкой фразы.
— Ты святого апостола Иоанна поминаешь? — епископ не находил слов.
— Проповедник ко мне заходил как-то, и заронил сомнения в душе моей, святой отец, — сказал герцог, внимательно разглядывая грязные ногти на руках. — Останови эту войну, епископ. Тысячи людей в живых останутся. И воздастся тебе за это и на этом свете, и на том.
— Да что ты такое несешь, герцог? — придушенным голосом спросил Арнульф. — Ты в Христа уверовал, что ли?
— Пока нет, — честно признался герцог. — Но уже подумываю об этом.
