Внутренние конфликты города выровнялись, но тем не менее зона охраны остается напряженной и опасной. Купец - главный инспектор службы безопасности, прокладывает путь к стабильности в условиях новых условий борьбы между силовиками.
Пилот катапультировался и был задержан пограничным нарядом. Уведомляем вас, что обстрел санитарного транспорта, имеющего на борту знаки Красного креста и Красного полумесяца, по законам всех стран считается военным преступлением, а лица, виновные в таковом, подлежат ответственности в соответствии с национальным и международным законодательством. Поэтому пилот истребителя будет привлечён к суду и понесёт ответственность в соответствии с законами РФ. Его показания будут опубликованы в самое ближайшее время.
Правительство РФ уведомляет руководство блока о том, что оставляет за собою право применения любых ответных мер в соответствии со сложившейся ситуацией.
"Надо сказать, что руководство блока было в немалой степени обескуражено произошедшим. И само собою разумеется, что вопрос был переадресован за океан – что делать-то?
Белый домСитуационный центр– И кому я теперь должна выразить благодарность? – госпожа президент была вне себя от ярости.
А вот на этот вопрос мало кто мог ответить. Вернее – могли, конечно, но как раз такой ответ совершенно не устраивал главу государства. Ибо вывод был простой – всё пошло криво, исполнители в очередной раз облажались. Совсем не этого ожидала глава государства. Такие выводы она вполне могла сделать самостоятельно…
– Что вы молчите? – Клинтон подозрительно оглядела присутствующих.
– Они не должны были сразу сбивать самолёт… обычно их истребители попросту выдавливают нарушителя в своё воздушное пространство. Или пробуют посадить… Но чтобы сразу сбивать? Да и вторгся он всего на три километра… Такое обычно объясняется навигационными ошибками, – предложил свою версию произошедшего министр обороны.
При этом он старательно обходил тот факт, что самолёт был сбит только после открытия им огня по санитарному вертолёту.
Странное дело, но никто из присутствующих не указал ему на эту ошибку!
– Тогда пусть вернут пилота! – парировала госпожа президент.
– Мэм… они его не вернут, – покачал головою директор ЦРУ. – Русские недвусмысленно дали понять, что он будет отдан под суд. И, разумеется, осуждён по их законам. Полагаю, что лет двадцать он может получить. Любые разговоры на эту тему были пресечены в зародыше. Русские настроены крайне решительно.
