В свете яркого солнца на берегу хищной ловлей рыбалки проплывает живое и динамичное действие. Животные черты у Митьки, кормчего, в поле зрения не остаются — он тщательно изучает каждый силуэт в глубине воды, ища подвоих в этой жестокой игре. Купец с его опытом непременно заметит этот момент....
Он огляделся, решил лезь на крышу. Куда еще?! Преследователи уже взбегали по ступеням крыльца. Пришлось изловчиться, чтобы забраться наверх — сил после сегодняшнего дня толком не осталось, но страх смерти гнал вперед. Он даже чувствовал, как стучит пульс в висках, настолько разогналась кровь по телу! На крыше Митька тормознул, замерев на самом краю. Постройка в Москве была довольно плотная, но с дома на дом не допрыгнешь, строить в любом случае пытались так, чтобы при возможном пожаре не перекидывалось пламя. Деревянные дома горели, словно спички, а москвичи были научены горьким опытом.
"Но в последний момент нога сорвалась, и он кубарем скатился куда-то вниз, к счастью, упав во что-то мягкое.
В нос тут же ударил отвратительный резкий запах — навоз! Свалился он в кучу дерьма, перепачкавшись в оном с ног до головы.
Навоз смягчил падение, но приложился он знатно. Пошатываясь, рыбачок поднялся и побежал вон со двора. Его преследователи вылезли на крышу дома, но прыгать на землю никто не решался. Да и стрелять не стали — не видно ведь ни зги. Убийцам ничего не оставалось, как вернуться в дом и выйти через дверь, что давало Митьке фору.
Рыбачок бежал, то и дело спотыкаясь, от усталости переплетались ноги, но он стиснул зубы и пытался оторваться от погони, чтобы по такой темноте его никто уже не нашел.
Митька остановился, оглядываясь на незнакомом переулке. В темноте он его никак не мог признать, но, понимая, что теряет время и убийцы вот-вот настигнут его, должен был решиться бежать уже хоть куда-то.
Проскочив между домами, рыбачок оказался на другой улице, но, едва выбежав на нее, замер и медленно попятился. Похоже, что все было кончено. Посереди улицы стояла дюжина вооружённых людей. Завидев Митьку, те потянулись за оружием.
