В свете яркого солнца на берегу хищной ловлей рыбалки проплывает живое и динамичное действие. Животные черты у Митьки, кормчего, в поле зрения не остаются — он тщательно изучает каждый силуэт в глубине воды, ища подвоих в этой жестокой игре. Купец с его опытом непременно заметит этот момент....
Клети были довольно просторные сами по себе, а многие из них имели глубокие и прохладные погреба. Верхние ярусы таких складов, как правило, заставлялись сундуками и бочками с теми продуктами, что хорошо переносили перепады температур. Внизу хранились более нежные товары…
Григорий остановился, сложил руки на груди в примирительной позе и сказал:
— Не возьмусь сосчитать, сколько в нашем городе таких клетей. Ибо им нет числа.
— Акинфий говорил, что вы вывезли тьму тьмущую шкурок в прошлом году, — заметил Митька. — Тысячи и тысячи сороков.
Прокофий усмехнулся.
— Вот тут, — махнул Прокофий рукой, — их и хранили.
— К счастью, товар не залеживается, — добавил Григорий, — а то бы и этих складов не хватило.
— В этом году планируем поставить еще клетей, — решил не молчать Прокофий, видя, что Митька ничего не отвечает.
— Хотите товар из Англии хранить? — устало спросил Митька, не зная уже, как отвязаться от них и поскорее закончить ненужный ему разговор.
— Да. Ты все верно понял. Торг торгом, но добрый товар под открытым небом быстро испортится.
— Сколько? — перебил их рыбак.
— Сотую долю от цены твоих товаров за каждый месяц.
— Мне нужно время подумать, — сообщил Митька, наморщив лоб и погрузившись в некоторые размышления. Для вида, разумеется, для вида.
— Да-да. Конечно, — сказал Григорий. — Спешить не надо.
— Тем более, — добавил Прокофий, — что сначала нужно получить разрешение от нашего Государя-батюшки на торговлю. Слышал не так давно к Иоанну Васильевичу отправился некий Ричард Ченслор.
— Ричард высадился у Николо-Корельского монастыря и, не заходя в Новгород, достиг Москвы. Где, как говорят, уже получил от Царя право на торговлю для англичан, — произнес Митька.
Он, идя к берегу, слышал уже болтовню о том, что Ченслор-де получил привилегии на торговлю через север для всех англичан. И теперь решил немного надавить на больную тему.
— То слухи, — излишне резко возразил Григорий.
— Так. Посему, надеюсь, слова Акинфия верны, и Ивановское сто вышлет делегата к Царю самостоятельно.
— Вышлет, раз обещано, — подтвердил Григорий.
— Славно. Полагаю, на этом разговор закончен?
На этом они и разошлись. Оба купца попрощались и довольно поспешно удалились. За ними удалились и наемники, оставив Митьку одного.
На душе у него было муторно.
