На личико, обрамленное золотом пшеничных волос. Я просыпаюсь и снова устремляюсь к Вам, мечтая присесть рядом с Вашими коленами и поцеловать подол платья. Но судьба расстроила наши планы, разбросав нас в разные стороны. Вспоминаю нашу встречу на Водах с любовью и болью в душе....
Он был влюблен в замужнюю даму. Дама тоже испытывала чувства к графу, но отвергла его любовь, осталась преданной нелюбимому мужу. После смерти отца Беркутов оказался по уши в долгах и решил поправить дела разведением племенных жеребцов. Граф набрал кредитов, отгрохал конезавод, начал дело, но расплатиться с кредиторами не смог, прогорел, не выдержал позора и застрелился. Говорят, душа графа по сей день бродит по коридорам «Алого». И мстит… – заговорщически добавила Донателла. – Вот, к слову, денники. – Луч фонарика высветил ряд закутков, где раньше обитали лошади.
– Интересно, а спать мы где будем? В стойлах? Как лошадки? – Галочка поежилась, заметно нервничая. Терехина тоже слегка тряхнуло – вспомнилась тень в окне второго этажа.
– Угадали. – У каждого героя будет свой отдельный блок.
Галочка округлила глаза и распахнула ворота одного денника. На земляном полу лежала надувная кровать, на ней спальный мешок, в углу стояли раскладной стол и стул из серии «радость туриста».
– Замечательно! – с сарказмом заметила поэтесса. – А кормить нас тоже будут здесь? Овсом и сеном прямо из этих кормушек?
– Кормить вас будут в столовой. Сено, в смысле зеленый салат, и овсянку могу организовать, если пожелаете, – скупо улыбнулась Дона.
– Хорошо, – невнятно вякнул он.
– Ага, клево придумали. Что же было с имением и конезаводом дальше? – перевел тему Хлебников."
"– Дальше – еще печальнее.
