Разрабатывал софт и приложения, занимался тем, что было интересно.
Доев обыкновенный борщ, он поставил тарелку в раковину. Анна порывалась готовить изысканные блюда, но парень быстро пресек ее попытки. Он предпочитал есть самую простую пищу. Домашнюю. Сидеть на этой кухне, где пахнет специями и свежим хлебом. Ловить это зыбкое ощущение домашнего уюта, которого у него никогда толком не было.
За свою жизнь отец не работал ни одного дня. Был жутким снобом, выбирал с кем общаться, а от кого воротить нос. Кичился своей голубой кровью. Прожигал состояние, оставленное дедом, слишком стремительно и неконтролируемо. Пристрастился к наркотикам, которые в последствии уничтожили его. Он попросту разбился на машине, будучи под влиянием наркотических веществ. Слава Богу, больше никого с собой не захватил на тот свет. И на том спасибо.
На телефон пришло уведомление. Отложив кусок хлеба, который он жевал, в сторону, Ян рассеянно взглянул на экран. И тут же под ложечкой засосало.
Саша потратила деньги.
По сути, его не должно волновать, деньги ее. Сам ведь жестко имел ее за них. Наказывал. И за вранье тоже.
Он почти смирился с этим фактом. Хоть сначала и пробил досконально всю информацию. Размазал бы ее по стенке, если бы она продала себя ради того задрота. Но опять пальцем в небо. Отслеживал ее счет, чтобы удостовериться, что деньги она добыла не на обыкновенного ебаря.
Говорила, что умирает.
Понял, что застыл перед столом, сидит в одной позе не шевелясь с минуту.
«Что ж за гребаный день такой», — устало подумал он.
Чтобы отвлечься, пошел наверх поработать.
Пусть эта девица катится к черту. Наивный он осел. Цветы купил. Ну это же просто смешно. Знал ведь, что она продала себя ему. Просто так, ради приятной суммы. Вложилась в будущее, так сказать.
Он знал, конечно, что жила она в достатке сильно ниже среднего. И чем она отличалась от тех девиц, которые также норовили залезть к нему в кошелек? Осаждали, не смотря на его, мягко говоря, нехорошую репутацию. Готовые страдать и отдаваться ради денег.
Ничем. Может тем, что открыто предложила тело за деньги.
Только почему так хреново и неприятно в груди? Как будто он оказался обманутым. Хотя знал с самого начала. Думал, что знал. Что она торгует телом.
Черт его дернул тогда плестись за ней по дороге. Неожиданно для себя самого пожалел ее на обочине. Пьяная и насквозь промокшая шла в никуда. Явно не в себе была. Ее могли запросто на первой встречной машине увезти. А потом она презервативы ему в руку пихнула.
