Я готова была накинуться и полосовать его лицо ногтями. Еле сдерживалась, потому что нужное он мне так и не сказал. Только про какую-то соперницу. Куда его понесло вообще?
— Так где он лежит? Можешь сказать? Или дальше будешь впустую сотрясать воздух? За тобой должок!
— Ладно-ладно, не кипятись ты так. — Хочется плюнуть в его сторону, как когда-то сделал он. Но уподобиться ему не готова. Что с него взять? Он же наркоман явный. Улыбается, как ненормальный. Явно под чем-то. Ладно, хоть не агрессивный, как обычно.
Наконец, он соизволил назвать мне адрес больницы. Крупных больниц в нашем городе несколько, и тратить драгоценное время на поиски нужной — не могла себе позволить.
Запихнув заветную бумажку с адресом в карман, бросаюсь к выходу.
— Да тебя не пустят все равно! В реанимации он, говорю же…
Мне плевать. Я просто знаю, что должна что-то сделать. В любом случае, грызть гранит науки у меня сейчас точно не получится.
Но Летов оказался прав. Никто меня не впустил, и толком ничего не сказал.
Я не ближайшая родственница. А есть ли у него братья или сестры? Тети, дяди?
Я ровным счетом ничего не знаю о нем.
Сюрприз ждал меня и когда я пришла через несколько дней, дождавшись перевода Яна в палату интенсивной терапии.
— Пациент поручил никого к нему не впускать, — отрицательно покачала головой медсестра. — Он лечится платно, так что увы, девушка. К нему нельзя.
— Может вы передадите, что Саша…
— Четко сказано, никого. Ни Саша, ни Маша, ни Паша.
— Хотя бы скажите как он?
— Его жизни ничего не угрожает.
Пациент хочет уединения хотя бы на ближайшие дни. Девушка, вы представляете в каком он состоянии? Езжайте домой.
Наверное, я бы тоже никого не хотела видеть, если бы со мной случилось такое. Ему как минимум больно и не до посетителей. Не до меня уж точно.
Кто мог сделать такое? И что у тебя за темная работа, сумасшедший?
Дни шли один за другим, слухи обо мне не исчезли, но по крайней мере поутихли.
Мой пыл, по поводу навестить Яна в больнице, тоже охладился.
Я приказала себе успокоиться. В конце концов, он сам виноват, что занимается нехорошими делами. Все плохое карается рано или поздно.
А еще, стыдно признаться, я выдохнула с облегчением. Я боялась встречи с ним, боялась последствий своей яростной вспышки на парковке. Боялась, что то нездоровое и болезненное между нами продолжится. Будет отравлять меня и дальше, пока не поразит последнюю клеточку в теле.
Только зона поражения была уже достаточно глубока.
