– Узнаешь, где прячется это безобразие чешуйчатое, супруг твой, – подтвердила мои мысли женщина, – гони его ко мне, столько сделать надо!
– Конечно, – я вернулась в дом.
У меня тоже было море работы, но сосредоточиться ни на чем не удалось. Перетерла заготовки для завтрашней варки красок, потому как механические действия не мешали тревожиться из-за дракона, выглянула в окно.
Сумерки уже опускались на сад невесомой вуалью. Где его носит, в самом деле? А если патруль схватит? У него же ромб долговой на запястье! И можно быть уверенной, что мой геккон так просто в руки не дастся, а значит, схлопочет как следует, вояки патрульные церемониться не обучены.
Черти пьяные, что же делать?!
Выругавшись, я укуталась в накидку и выскользнула за ворота. Дорога в потемках заставила хорошенько сбить ноги, которые мечтали, похоже, пнуть каждый камень. До города я дохромала уже порядком злой – и на мужа, и на себя. Вдруг он уже дома, а я тут слоняюсь, как падшая женщина, ночью по улицам!
Заспанный слуга отворил мне дверь особняка графа Аризорского. Хлопая печальными глазами, выслушал мои сбивчивые объяснения и сказал, что «господин Эдер покинул сей дом около трех часов назад». Тяжелые створки захлопнулись перед моим шмыгающим носом – из-за подступивших к глазам слез.
Не понимая, что делать дальше, я зашагала по улице, продумывая варианты. Идти в полицию нельзя, они тут же решат, что он сбежал. Ноги вросли в булыжную мостовую. А если и правда?.. Про деньги я слугу графа не спросила, о драконе больше волновалась. Но если он их взял, а потом пропал, то что мне думать?
Так, чушь несу! Я зло помотала головой. У Черута наверняка есть объяснение. Что-то произошло, вынудив его задержаться. А я сразу невесть что подумала! Стыдно должно быть, госпожа Эдер!
Вздохнула, собираясь с мыслями. Нет, он не мог так со мной поступить, точно не мог! Но тогда что-то случилось. И это пугало меня гораздо сильнее, чем мысль о том, что дракон мог обмануть и сбежать. Я привыкла к нему. Дурному, ершистому, поломанному судьбой, но такому милому, нежному, страстному! Такому моему! Нечего таить, я…влюбилась в собственного мужа!
– Да как же так-то! – прошептали губы, и во рту отчетливо расплылся вкус слез.
Вытерла лицо. Еще чего, реветь! Самое бесполезное занятие. Ноги – отекшие, саднящие, напомнили о себе тупой болью. Надо отдохнуть. Я увидела невдалеке распахнутую дверь с вывеской «Кружка пенного». Теплый свет манил к себе и, не удержавшись, зашагала туда. Перешагнула порог, пробежала взглядом по залу и…
***
Не отрывая глаз от лохматой башки за дальним столиком, направилась туда. Пока шла, к столику подкатила разбитная трактирщица. Я стиснула зубы, глядя на то, как она внаглую заигрывает с моим мужем.