При входе в роскошный особняк чувственный шок прорезался: пыль и фальшивая роскошь заставили сомневаться вauthenticity surroundings, казавшиеся излишне помпезными. Каждый предмет был как бы создан для маскировки скромности — от штор до кресел.
Только отчего хоровод мурашек побежал по спине? И не относится ли его спокойствие к категории убийственной?
Она решила молчать. До победного. Или, наоборот, до поражения. Уитни понимала, что даже не в трансформированном состоянии ночному визитеру не составит труда вышибить хлипкую дверь, что говорить про того загадочного монстра, в которого он обернулся!
И снова волна паники пронеслась по телу девушки. Помоги, Всемилостивая, с кем она столкнулась? Даже на демона и на того не похож. У демона — рога, красивые, в основном, обсидиановые, вызывающие у многих желание их потрогать.
И от того становилось только хуже.
— Дерина, я знаю, что Вы здесь, — вот же настырный! — Я Вас чувствую!
Хотелось съязвить и поинтересоваться, каким местом он её чувствует?
Устыдившись собственных пошлых мыслей, Уитни закрыла лицо руками.
— Ухо…, - она не смогла с первого раза озвучить свою мысль. — Уходите. Прошу Вас…
Услышанный же ответ сразил её наповал.
— Я не могу.
Через дверь послышалась легкая возня, насторожившая девушку. Что он там делает?!
— Почему не можете? — сейчас диалог с ним ей уже не казался таким никчемным.
— Не могу.
Кажется, она поспешила с мыслью о диалоге.
— Зря Вы так думаете. Я Вас отпускаю, и можете считать, что Вы выполнили свою работу. Если опасаетесь, что я выскажу претензии мадам Ирмисе, то зря. Я буду молчать и…
Она оборвала себя, потому что услышала звук, отдаленно напоминающий стон боли.
Сердце, только-только начавшее успокаиваться, сделало кульбит. Что с ним происходит?
Несмотря на то, что Уитни всегда отличалась милосердием и при возможности помогала нуждающимся, выйти и посмотреть, что происходит с таинственным господином, она не отважилась. Пусть сам… Да, её малодушие не делало ей чести, но рисковать собой в угоду человеку, напугавшего её до смерти, она не собиралась.
И снова Уитни обругала себя. Вот о чем она думает? Ведь уже пришла к выводу, что для него дверь не препятствие!
Или… препятствие?
Уитни встрепенулась. Почему он так настойчиво, маниакально, просит, чтобы она именно пустила его? Добровольно, без принуждения? Ночной визитер без сожаления крушил первый этаж, а тут…застопорился. Почему?
Уитни ухватилась за эту мысль, как за спасение.
