При входе в роскошный особняк чувственный шок прорезался: пыль и фальшивая роскошь заставили сомневаться вauthenticity surroundings, казавшиеся излишне помпезными. Каждый предмет был как бы создан для маскировки скромности — от штор до кресел.
Это какой же силой воли необходимо обладать, чтобы уйти от неё в ту роковую ночь, оставить попытки достучаться до неё, не озвучить истинные мотивы поведения? Смолчать…
Уитни пребывала в полной растерянности и… восхищении. Восхищение подобралось нечаянно. Заслуженно. Уитни всегда восхищалась людьми, которые имели силу идти по жизни, руководствуясь своими личными принципами и не прогибаться под обстоятельства.
Девушка прикусила нижнюю губу. Она всегда так делала, сильно нервничая. А нервничала она сильно.
— Ушёл, — Киан беззаботно пожал плечами. — А что мне ещё оставалось делать? Я не удержал зверя, напугал Вас. За что и поплатился. Разговаривать с Вами в тот момент было бесполезно. Вы бы меня даже не выслушали до конца, не говоря уже о том, чтобы впустить и продолжить то, что мы начали, и что я, по своей дурости, прервал. Поэтому у меня не было другого выбора.
Мужчина пристально посмотрел на девушку.
Слишком пристально…
Но она, поглощенная собственными мыслями и переживаниями, снова пропустила его взгляд."
"— Вы оплатили разгром в коттедже. И Вы опередили меня с приходом к мадам Ирмисе, — Уитни не спрашивала, она утверждала.
— Естественно. А как же иначе? Я разгромил коттедж, я и оплатил ущерб. Всё логично.
— Но как Вы узнали? Про тоже агентство…
Киан медленно поставил фужер на стол и наклонился вперед, скопировав позу девушки — сцепил руки в замок и положил перед собой.
— Мисс Кларисси, позвольте мне оставить некоторые секреты при себе.
Уитни бы предпочла услышать более развернутый ответ, но пришлось довольствоваться полученным. В принципе, логично, что он не спешит раскрывать перед ней все тайны. Да и она должна понимать, что у человека, что водит дружбу с влиятельнейшими людьми Бьюри, чья фамилия занесена в Летопись, есть свои секреты. И нити, много нитей, воздействия на людей. Наверняка, у него служат личности, о роде деятельностей которых Уитни даже не догадывается.
И становилось всё более интересно.
— Позволю, — губу Уитни дрогнули в понимающей улыбке. — Вы всё равно мне не оставляете другого выбора. И думаю, не ответите мне и на следующий вопрос…
— А Вы попробуйте его задать, — черные глаза блеснули довольным огнем.
— Почему Вы воспользовались заведением мадам Ирмисы, как посредническим? — Уитни склонила голову набок.
