В придорожной шacksе Марк Самаров не предполагал встретить смерть у заправки. Его взгляд застыл, когда он заметил фигуру в черном плаще на обочине трассы. Однако реальность оказалась жестче всех его фантазий — смерть наклонилась к нему с улицы.
И что у него хреновая выносливость. Во!
- Э-э-э… Не думаю, что тебе стоит употреблять слово «хреновый».
- А что же стоит? – искренне удивилась Ариша, - Это и так смягченная версия, папа вообще говорит «ху…».
- Ариша! – закричали в голос Люба и Этери. – Мы э-э-э… все поняли. Правда.
- В общем, Ванька – боксер, как и папа.
- Это я уже тоже поняла.
- Он из неблагополучной семьи, знаешь ли, - шепнула Люба Этери на ухо. - А Марк был его кумиром с пеленок. Ванька бредил боксом… Занимался сам, хвостиком за Самаровым ходил, когда тот сюда приезжал.
- И что же случилось потом?
- А ничего. Марку пришлось завязать со спортом, а у Ивана, напротив, дела пошли в гору.
- И?
- И потом между ними что-то случилось. Говорят, Иван подписал контракт с промоутером, от которого Марк велел ему держаться подальше."
"- Вот с ним-то он и расторг контракт. А теперь, как не у дел остался, прибежал к Самарову, поджав хвост, - опять подал голос Димка, накладывая себе в тарелку щедрую порцию плова.
- А Марк, что? Не хочет ему помогать?
- Ты же видела, - пожала плечами Люба. – Может, конечно, Ванька его и уговорит, но… Вряд ли. Оба упрямцы, каких поищи. Никто не уступит… - Люба бросила тоскливый взгляд на румяные булочки и взяла тарелку с овощным салатом.
- Ты на диете? – удивилась Этери. Она точно помнила, как с утренним кофе Любаша втоптала целую плитку Милки.
- Решила заняться собой, - смутилась та.
- Отличный план. Знаешь, мне кажется, после развода каждая женщина будто преображается… А ты не думала сделать что-нибудь со своей прической?
Они прошли мимо других конторских и уселись за свободным столиком у окна.
- А что с ней не так? – растерялась Люба, потрогав залакированный шлем из волос.
«Все не так! Все…» - хотелось сказать Этери, но вместо этого она тактично заметила:
- Да нет. Я просто… Ну, знаешь, обычно женщины меняют имидж, когда вступают в новый период жизни.
Люба приподняла брови, с намеком уставившись на Этери. Так, ладно… Может, она и не имела морального права критиковать чью-то прическу, просто ей уж очень хотелось помочь…
- Я бы тоже сходила, - добавила она, чтобы сгладить ситуацию.
- И я! – вклинилась Ариша.
