Автор
В Москве не куплю свое счастье — вот как бы выразилась героиня в этой ужасной истории. Загадочный мужчина предлагает купить ребенка, и все кажется нормально в двадцать первом веке. Его роскошная тачка и благополучный вид кажутся спровоцированными жестокостью. Но что если он действительно собирается на нее напасть? Это страшное предложение заставляет героя чувствовать себя ненужной и бессильной в мире, где больные люди не всегда получают помощь....
И это она ее бассейн и зоопарк не видела! И на квадроцикле не каталась. И вообще…Нет, я не собираюсь подкупать Марусю. Если только… совсем чуть-чуть!
- Родная, ты как? – так не хочется выплывать из этого сладкого рая, но я понимаю, что ее привело ко мне что-то важное. А там, в детской, лежит Алёнка, и она там, скорее всего одна.
- Я… хорошо.
- Всего лишь? Я ожидал фанфары…
- Не надо, Ром, пожалуйста… - чёрт, почему-то мне кажется, что ей реально не очень понравилось то, что произошло. Или… она чего-то боится?
- Ася, что случилось?
- Я… я пришла не за этим.
- Я знаю. – хочется хоть как-то ее подбодрить.
- Я… Мне нужна помощь. Вернее… не мне. Моей старшей дочери. Стасе.
- Старшей Стасе? – делаю вид, что я не в курсе.
- Да, я… подожди…
Она отстраняется, опустив голову, вздыхает, я чувствую, даже всхлипывает.
- Я вас обманула, Роман. – судорожный вздох. – Алёшка… Алёнушка… в общем, она не моя дочь.
Молчу. Не потому, что перевариваю то, что она сказала – я ведь и так уже знаю, что Алёнушка ей не дочь.
Просто все еще вибрирую, и кайфую от того, что только что произошло между нами.
Потому что для меня это реально было что-то абсолютно крышесносное - кажется, так говорят?
Я такого не испытывал, на самом деле. И… сразу легко понять, что вот это вот, то, что только что тут произошло – вот оно и есть настоящее, а все, что было до…
- Рома… Роман, ты меня слышишь?
Я-то слышу! Хорошо слышу! Только не понимаю, зачем сейчас об этом.
Сейчас мне хочется о другом!
О том, какие у нее волшебные губы, о том какое нежное тело, руки какие!
О том, что она вся волшебная!
И моя.
Белоснежка моя!
Об этом хочу! А не о том, отчего пока у нас с ней одни проблемы…
- Рома, пожалуйста, скажи что-нибудь.
Чувствую ее дрожь, и снова судорожный всхлип. Она… плакать что ли вздумала? Глупышка моя!
Беру ее лицо в ладони, поднимаю. Ресницы опущены, глаза закрыты, губу закусила, сдерживает слезы… Губу закусывать нельзя! Я уже ей говорил об этом!
Эти губки только мои!
Целую, заставляя выпустить розовую нежность.
Чёрт… Я что-то делаю не так?
- Ну-ну, успокойся, малышка, тихо-тихо!
- Ром… не молчи… скажи… я… я просто умру сейчас!
- Не переживай, успокойся! Я все знаю!
- Что?
Чувствую, что она замирает, даже не дышит кажется.
- Что ты знаешь? Я говорю тебе, что я не мать Алёнушки! Слышишь?
- Слышу! Прекрасно слышу.
- И…что?
- Я знаю, что ты не мать!
Она резко распахивает глаза, рот округляется.
