Автор
В Москве не куплю свое счастье — вот как бы выразилась героиня в этой ужасной истории. Загадочный мужчина предлагает купить ребенка, и все кажется нормально в двадцать первом веке. Его роскошная тачка и благополучный вид кажутся спровоцированными жестокостью. Но что если он действительно собирается на нее напасть? Это страшное предложение заставляет героя чувствовать себя ненужной и бессильной в мире, где больные люди не всегда получают помощь....
- Почему ты сразу не сказал? Ты…ты же мог ее забрать?
Она реально так думает?
- Как ты себе это представляешь? – смотрю пристально, интересно, что ответит?
- Не знаю. Все права на твоей стороне, так?
Вздыхает, опять виновато опускает голову.
- Не так. И я уже не собирался в тот момент забирать ребенка. В любом случае.
- Но… я не понимаю…
- Не понимаешь? Ась, правда… совсем не понимаешь?
Она опускает голову.
- То есть… тебе не нужно было… не нужно было играть в чувства, да? Ты все знал?
- В каком смысле – играть в чувства? – тут уже я ошарашен.
Чему я удивляюсь? Именно это предложила Илона. Это что же – женская логика что ли?
Или… или это Ася играла в чувства?
- Прости.
- Так. Теперь уже я ничего не понимаю, Ася! Ты считала, что я решил за тобой поухаживать только из-за ребенка?
Молчит, не двигается, не кивает. Притягиваю ее в свои объятия.
- Или это ты отвечала мне опасаясь, что я…
- Ты что? – а вот теперь я, похоже, реально ее обидел.
Ася закрыла лицо руками, склонилась к самому ковру, словно прячась от тех гнусных слов, которые я, дурак, произнес.
- Ася, прости меня…
- Я бы никогда… не стала, - говорит так тихо, что я ее еле слышу.
Она бы не стала. Точно. А я?
Что я могу о себе сказать? Что…реально думал об этом? А разве я думал?
Нет. Просто в какой-то момент мне башню снесло. От ее нежности.
Много чего я там ненужного варил в голове, и то, что она с Феликсом была, и то, что не понятно, чем его зацепила, или понятно, и то, что она вот такая вот обыкновенная – необыкновенная…
И как я обрадовался, узнав, что она на самом деле с Феликсом не была! И все мысли мои улетучились.
- Ася, прости, правда. Я… идиот. Меня… меня пожалеть надо, убогого такого. Я правда, как банкомат. Без чувств.
- Нет. Не банкомат. И чувства у тебя есть раз ты…
Раз я что? Не понимаю.
- Раз ты все знал и не забрал мою девочку.
- Глупенькая моя. Иди ко мне. – поднимаю ее, прижимая к своей груди.
Целую в макушку.
Она, кажется, выдыхает, расслабляется. И я сам тоже расслабляюсь.
Удивительно, как стремительно для меня перевернулся мир!
Еще неделю назад я не представлял себе подобного!
Максимум, о чем думал – о том, что ребенка заберу в свой дом.
А тут… ребенок, женщина, и еще ребенок!
И я, кажется, очень рад?
- Ром…А Гена зачем приходил? Денег просил?
- Не важно. Гена тебя теперь не должен волновать, этот вопрос я решу.
- Я думаю, опеку он мог вызвать.
