В живописной мгле секретных операций девушка курьерша преодолевает препятствия и непонимание клиента, чтобы сохранить свою жизнь и не стать объектом угрожающей связи. Внутренние игры предательства и верности создают динамичную атмосферу чрезвычайных поручений, где каждое слово важно и каждый шаг рискованный....
– Ого! С ним все в порядке? – Рихард Конард мне всегда нравился, не хотелось бы, чтобы с ним что-то случилось.
– Не поверишь, но Ровена предложила временное перемирие, – выдохнул парень, сам, кажется, не до конца переваривший данный факт. – У них там что-то произошло в верхах, и они отозвали свои войска. Причем едва ли не сразу после того, как практически взяли крепость Монгейт. То есть легко бы продолжили наступление вглубь.
– Ничего себе… – протянула я.
Неужели отец Эдриана сумел-таки чего-то добиться и доказать?
– Но в боевые маги я все равно переведусь, больше сидеть при штабе не собираюсь, – закончил Рэм.
– Удачи. – Я хлопнула его по плечу и задумчиво поднялась на свой последний этаж.
За окном моей комнаты ночь укрывала Варнаву. Но темнота никогда не бывает беспросветной. Наверху рассыпанным зерном серебрились звезды, а чуть особняком ото всех – полукруг Отца. Внизу роем светлячков желтели фонари.
А еще мне вспомнились красные глаза в подземелье. Уверена, и Льюис скоро поймет, что в темноте есть свое очарование.
Эпилог"
"Следующие дни Варнава кипела. Новость о неожиданной передышке распространилась быстрее лесного пожара. Теперь все пытались понять и спрогнозировать, что дальше. Перемирие – это еще не мир.
Рэм, дико волнуясь, таки познакомился с Санти и, разумеется, понравился мелкому с первого взгляда. А с учетом того, что Рэм мог без устали играть в войнушки, для чего притащил большую коробку со своими же солдатиками…
– Как знал, что пригодятся! – радостно заметил он, когда мы покинули Вампирскую.
В «Сову» возвращались курьеры. На шее Виро я висела долго, зная, что она у друга крепкая, двух таких, как я, выдержит. И близнецы прилетели, правда, теперь они были уже не так похожи: у Вилли через левую щеку шел тонкий, но заметный шрам, а у Тилли не хватало верхнего кончика правого уха и шевелюры, подпаленной шальным заклинанием.
Про Мориса я рассказала остальным в нашем любимом заведении, недалеко от дома Дамьена.
– Ну что ж, будем надеяться, что он выживет и вернется. А там уж мы с ним разберемся, – кровожадно усмехнулась Стелла, и все ее поддержали.
Рэма приняли как своего. Он сперва держался особняком, вроде как не курьер, но быстро влился в нашу компанию.
