– Но они мне нужны. – Она повернулась ко мне лицом.
– Знаю.
Да, я прекрасно осознавал, что к этому придет. После секса Уинтер не захочет расставаться со мной.
Откровенно говоря, я тоже не хотел с ней расставаться.
Мне просто нужно, чтобы она меня выслушала. Выслушала и не могла сбежать. Чтобы поблизости не было никого, кто вмешался бы раньше, чем девушке удастся осмыслить мое признание.
Если я хотел сохранить наши отношения – это мой единственный шанс.
Приподняв ее подбородок, я посмотрел на нее сверху вниз.
– У моей семьи есть коттедж в Мэне. Там невероятно красиво, уже выпал снег. Один звонок, и он будет полностью подготовлен для нас. Одевайся, мы выедем сейчас.
– Что?
– Когда доберемся туда, я все тебе расскажу. Всего на несколько дней, затем привезу тебя обратно домой.
Уинтер подняла голову с озадаченным выражением.
– Собираешься увезти меня неизвестно куда, откуда я не смогу убежать?
– Я постараюсь сделать так, чтобы ты не захотела убегать, – поддразнил я, притянув ее к себе и накрыв ее щеки ладонями. – Обещаю.
Она невероятно разозлится, но больше никаким другим способом я не смогу помочь девушке вникнуть в сложившуюся ситуацию и оставить ее позади. Не смогу убедить, что с ней я был настоящим.
– Коттедж? – задумчиво повторила Уинтер. – Вроде горнолыжного курорта? Мне ведь не придется кататься на лыжах, да?
– Мы не будем кататься на гребаных лыжах. – Я поцеловал ее, покусывая и дразня. – Будем есть, пить и трахаться, может быть, немного поссоримся, однако из дома не выйдем.
Мой телефон пискнул, но я не обратил на него внимания.
Уинтер оседлала меня, пока я продолжал целовать и кусать, заманивая ее. Правда, она перестала отвечать.
Отстранившись, я заметил, что лицо у нее было все еще озадаченное.
– Ты не хочешь ехать, – предположил я.
Уинтер вздохнула, готовая расплакаться.
– Хочу. Боже, очень хочу. Мне хочется остаться с тобой наедине на много дней. Я буду просто счастлива, но…
Но что?
Она умолкла. На мой мобильник вновь пришло несколько оповещений, а я не отпускал Уинтер в ожидании ответа.
– Я несовершеннолетняя, – отметила девушка. – Во всяком случае, технически. Если отец слишком остро отреагирует, это могут посчитать похищением, когда ты вывезешь меня за границу штата без разрешения родителей.
Заинтригованный перспективой подобного приключения, я чуть не рассмеялся. И все же она права. Даже при условии, что Уинтер простит меня, узнав мое имя, и мы вернемся в город рука об руку, мне грозили не только реальные последствия за побег на выходные с несовершеннолетней дочкой мэра, но и разбирательство с Эшби, который, несомненно, поймет, что я залез ей под юбку.
Он мог запретить нам видеться.
Однако обвинения мужчина не выдвинет.