В темном подъезде я схватился за карту и побежал к лестничной площадке. За ненадобностью мелькала фигура парня в спортивной зелени — он стремительно убегал. Судя по телосложению, это курсант. Я перебегал ступеньки двумя за раз, бросаясь за ним. Было решительно: не даст сбежать!...
Но, как выяснилось на понт Саву взять не вышло.
— Ничего не знаю, — замотал головой Сава. — Первый раз слышу про фабрику, про лак и этих фраеров.
— Пришел ответ на запрос из военной прокуратуры, — Горохов прищурился и сделал паузу. — Ты когда срочную служил, человека пристрелил.
— Ну так почитайте в запросе, — там же, наверняка, написано, что я не виноват был. Несчастный случай.
— Виновным тебя не признали… Вот только человека ты все же жизни лишил.
— Все по уставу караульной службы, — хмыкнул Сава.
— Да, можно и так сказать, — кивнул Горохов, как будто Сава его убедил. — Но только это был не нарушитель, а обычный местный житель. Алкаш и забулдыга, пьяный вдрызг, заплутал немного. Ты не мог не заметить, что он был невменяем и шатался.
— В темноте не разглядел, что алкаш, — улыбнулся уголком рта Сава.
Ну чистый вампир, только кровь с клыков не капает.
— А мне кажется, что тебе просто нравится убивать, — наседал Горохов. — С детства тебя отец держал в ежовых рукавицах, бил. Ты вырос и отыгрался на других, стал доказывать, что ты не терпила.
— Интересная версия, — ухмыльнулся Савченко и сложил руки перед собой, — Но к делу это не пришьешь. Ведь так?"
"— А потом ты загремел за убийство, прирезал парня в уличной драке.
— Он сам виноват.
Быстро так ответил.
— И что же он такого сделал? — спросил Горохов.
Мы действительно этого не знали, в материалах архивного дела мотивом значилась туманная формулировка: гражданин Савченко нанес удар ножом гражданину Иванову в область сердца на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений. Так можно назвать что угодно, от бытовой ссоры до…
— Девушку обидел, — нехотя ответил Савченко.
Кажется, тот случай для него ещё чем-то отзывался. Или он просто заметил, что торопливость ответа будто выдает нам в нём какую-то слабину?
— Ух ты… Неожиданно, а ты, стало быть, джентльмен у нас? За девушку заступился?
— Читайте материалы дела, гражданин начальник, там все написано. За это я уже отсидел, — он снова вернулся к своей холодной, ленивой манере.
Но Горохов продолжал, будто не слышал Савченко.
