Майор милиции Андрей Петров приезжает в глухой Нижний Лесовск, где люди исчезают без следа, а местное начальство скрывает истину. На текстильном комбинате процветает коррупция, а в окружающем лесу скрывается древнее зло. Петрову предстоит разоблачить заговор и выжить в этом адском месте.
Раздел Chitat.online для книги «Курсант: Назад в СССР 14» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Майор милиции Андрей Петров приезжает в глухой Нижний Лесовск, где люди исчезают без следа, а местное начальство скрывает истину. На текстильном комбинате процветает коррупция, а в окружающем лесу скрывается древнее зло. Петрову предстоит разоблачить заговор и выжить в этом адском месте.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Рафаэль Дамиров Легкое чтение Фантастика Попаданцы подборки серии
Майор милиции Андрей Петров приезжает в глухой Нижний Лесовск, где люди исчезают без следа, а местное начальство скрывает истину. На текстильном комбинате процветает коррупция, а в окружающем лесу скрывается древнее зло. Петрову предстоит разоблачить заговор и выжить в этом адском месте.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Все уже понимали — пропавшие, скорее всего, мертвы. И подтверждение тому у нас было. Это — сердце, найденное под кроватью Григория Лазовского, которое лежало сейчас в морге. Экспертиза установила группу крови — она совпадала с группой крови Валентина Ефимовича Мельникова, геохимика, которого мы с Орловым искали после его исчезновения. Мы видели его лагерь, нашли дневник, нашли диктофон. Даже нашли его труп, вот только он потом исчез… и до сих пор нигде не появился. И всё, что у нас есть, — это фрагменты одной большой, грязной и кровавой головоломки.
— Я вот, что думаю… — Горохов остановился и обвел нас вопросительным взглядом. — Если люди пропадали, а тела не находили, значит, их прятали? Но где и зачем?
И тут меня словно осенило.
— Я знаю где, — и даже хлопнул себя по лбу.
Получилось звонко, и все обернулись.
— Ну? — с надеждой уставился на меня шеф, знал, что попусту брехать не буду, знал, что, как правило, мои версии почти всегда подтверждались. — Говори, Андрей Григорьевич.
— А что, если все эти пропавшие… — я встал и тоже стал прохаживаться, — те, кого не нашли. Что, если они на дне?
Федя моргнул, Горохов поскреб лысинку, Света поджала губы, а Катков стал что-то усердно черкать в блокноте.
— Э-э… В каком смысле? — шеф мял кончик галстука в пальцах.
— В самом прямом, — сказал я. — В воде. В Чёрном озере.
Он нахмурился, но не перебивал. А я уже думал вслух, вышагивая взад-вперед:
— Подумайте сами… Все даты совпадают: исчезновения людей и периоды, когда озеро «чернело». Сначала мы списывали это на случайность. Потом — некий ритуал, но — зуб даю, это не совпадение, это система. Расчёт.
— Не понял… — подал голос Катков.
— В момент, когда вода становится чёрной — а мы знаем, что это связано с химическими процессами в озере — там ничего не видно. Пропадает вся, так сказать, визуальная проницаемость. Отсутствие рассеянного света, зеркальной поверхности, даже слабых бликов — это идеальная среда, чтобы замаскировать следы. В такой воде можно утопить хоть чемодан, хоть тело — и ничего не заметят.
— Ну да, ну да… — пробормотал криминалист и тоже стал накидывать свои мысли. — Состав воды сам по себе может ведь влиять и на процессы разложения. Если там высокая концентрация химических соединений, возможно, сероводород, то дело такое — может идти своего рода анаэробное консервирование тканей. В таких условиях трупы не всплывают, как обычно. Нет газообразования, нет брожения. То есть тело не пучит, и оно остаётся на дне. Действительно, очень удобно прятать тела.
Никита Егорович одарил его хмурым взглядом. Конкретные версии он любил — но когда всё вот так нехорошо сходилось…
— Получается, убийства происходили по графику почернения — как по расписанию, — кивал я.
