Лагерь обреченных — это дрожащие от ностальгии страницы о прошлых летних удачах и неудачах подростковой жизни. Взрослая рефлексия над детствами героев, где каждый день выделяется из-за чужого местного праздника или любимой игры в футбол. Атмосфера книги полна теплыми воспоминаниями и дрожащими щеками от солнечных ударов....
– Горшков, перетаскавший за день под сотню ведер картошки, к шуткам на сельскохозяйственную тему настроен не был.
Казачков пропустил его выпад мимо ушей.
– Андрей, – обратился он ко мне, – ты с Антоновыми был?
– Михаил Ильич от меня ни на шаг не отходил, так что Паксеев – не его рук дело.
– Ну что, пойдем посмотрим на покойничка или подождем, пока следователь вернется? – спросил Казачков.
– А чего его ждать? – мне не терпелось самому увидеть место происшествия. – Он пока до прокуратуры дойдет, пока бланки возьмет – ночь наступит.
– Может быть, умоемся вначале? – спросил Горшков. – Кристина Эрнестовна, у вас мыло и полотенце есть?
– Найдем, – ответила вахтерша.
– Умывайся, чистоплюй! – Я, никого не дожидаясь, пошел наверх. Вадим Алексеевич – следом.
Труп Паксеева полулежал в кресле. Голова убитого склонилась на плечо, ноги сползли под стол. С левой стороны груди Юрия Иосифовича торчала рукоятка ножа – тонкая, очень аккуратная, с оттиском сдвоенных молний на бронзовом торце.
– Это эсэсовский нож для метания, – сказал я, рассмотрев рукоятку. – Я такой, когда учился в школе милиции, в каталоге холодного оружия видел. Штучная вещь! Выдавалась только бойцам разведывательных подразделений СС.
– А вот такую дребедень ты никогда не видел? – Казачков показал на бюст Ленина в правом углу.
На лбу вождя пролетарской революции кто-то алой помадой нарисовал растянутую вширь букву «И» с короткой вертикальной черточкой посредине косой линии.
– Мерзкая история! Ставлю десять против одного, что это тоже руна.
– Эта руна значит, что нам надо опять представителей КГБ вызывать. – Казачков от злости сплюнул на пол, матерно выругался. – Твое видение происшедшего?
– Некто вошел сюда с метательным ножом в руках. Паксеев поднялся в кресле. Некто метнул нож и попал ему прямо в сердце. Потом убийца нарисовал руну на самом видном месте и ушел.
– Андрей, у тебя с этой немкой контакт налажен, иди расспроси ее, что к чему, а я пошел руководство поднимать. Ты, кстати, всю картошку успел выкопать?
– Осталось немного, без меня справятся.
– Представь, я как чувствовал: в этом году вначале всю картошку подкопал, потом только собирать начали. Если бы послушался жену, сейчас бы у меня сотки три неподкопанные остались.
