Лагерь обреченных — это дрожащие от ностальгии страницы о прошлых летних удачах и неудачах подростковой жизни. Взрослая рефлексия над детствами героев, где каждый день выделяется из-за чужого местного праздника или любимой игры в футбол. Атмосфера книги полна теплыми воспоминаниями и дрожащими щеками от солнечных ударов....
Мол, раньше надо было думать, а не теперь, когда мальчик подрос и в школу собирается.
– Кристина Эрнестовна, скоро сюда примчатся сыщики из КГБ и будут вам задавать те же вопросы, что и я…
– В прошлый раз они меня всю ночь пытали, – не дала мне договорить вахтерша, – стращали, мол, если узнаем, что ты нам соврала, то на десять лет в зону упакуем. А чего меня стращать, я пуганая ворона, только не каждого боюсь. Если мне десятку отвесят, то я уж из колонии живой не ворочусь.
– Я ведь не об этом начал говорить.
– Тестя ты из тюрьмы вытащил? – Она опять перешла на шепот.
– Сам вышел.
– Дай тебе Бог, Андрей Николаевич, здоровья, порядочный ты человек.
– Кстати, о Боге. Все никак не могу спросить: вы, немцы, кто по вероисповеданию?
– Христиане, кто же еще. – Старушка так искренне удивилась, словно я спросил, женщина она или мужчина.
– Понятно, что христиане. Я имею в виду, вы к какой конфессии христианства относитесь: католики, лютеране, протестанты?
– Христиане мы, Андрей Николаевич, а никакие не католики.
– Все понятно.
В фойе вошли Гордеев и Казачков.
– Что она говорит? – Гордеев кивнул в сторону вахтерши.
– Никто, кроме Сурковой, на второй этаж не поднимался, – ответил я. – Нам надо еще раз поискать, откуда убийца мог проникнуть на второй этаж. Если он не ниндзя и не умеет летать, то остается один путь – с крыши.
– Кто такой ниндзя? – поинтересовался начальник угро.
– Средневековый японский наемник-убийца, умеющий взбираться по отвесным стенам.
– Идите наверх, чего встали? – с лету подхватил мою инициативу Гордеев. – Гостей я сам встречу.
Я, Казачков и Горшков поднялись на второй этаж, обошли обе галереи и обнаружили, что в левом крыле, рядом с кабинетом директора ДК, на люке на чердак нет замка.
– Полезем? – с сомнением спросил Горшков.
– Как полезем, без ствола? – воспротивился я. – А если этот хрен там сидит, нас с ножом поджидает?
– Витя, сгоняй вниз, найди Кускова, он сегодня дежурит, должен быть с оружием.
Горшков и Кусков вернулись вместе. На удивление – дежурный инспектор уголовного розыска сегодня был вооружен. Обычно в Верх-Иланске милиционеры оружие на дежурство не получают. Поселок спокойный, зачем зря пистолет с собой таскать? Его ведь потом чистить надо.
