Лайриэйль Лайвджой, наследница Дома, оказывается в центре политических интриг между Домами. Её положение зависит от сложных взаимоотношений и власти, а её судьба связана с наследованием и семейными тайнами. Сможет ли она справиться с ответственностью в мире, где правят интриги?
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Лайриэйль Лайвджой»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Лайриэйль Лайвджой, наследница Дома, оказывается в центре политических интриг между Домами. Её положение зависит от сложных взаимоотношений и власти, а её судьба связана с наследованием и семейными тайнами. Сможет ли она справиться с ответственностью в мире, где правят интриги?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Ирина Владимировна Смирнова Легкое чтение Любовные романы Самиздат подборки серии
Лайриэйль Лайвджой, наследница Дома, оказывается в центре политических интриг между Домами. Её положение зависит от сложных взаимоотношений и власти, а её судьба связана с наследованием и семейными тайнами. Сможет ли она справиться с ответственностью в мире, где правят интриги?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
- Что же ты творишь, соблазн мелкий?! - фыркнул Найс, прижимая меня к себе еще сильнее.
Чейри зыркнул на нас осуждающе и пошагал быстрее. Странно, он совсем недавно очень откровенно демонстрировал, что я для него не более чем друг, но сейчас ведет себя так, как будто ревнует. Предвкушающе облизнувшись, представляя, как я потихоньку, играя на ревности, буду аккуратно будить в Чейри совсем иные чувства, я кокетливо-смущенно уставился в пол и прошептал:
- Соблазняю своего Верхнего, как и положено мелким соблазнам.
Найс весело рассмеялся:
- Опыт у тебя в этом, Рис, явно немаленький.
- У меня не только в соблазнении немаленький опыт, - улыбнулся я, продолжая изображать смущение, при этом снова медленно проведя языком по губам. Лицо Найса было так близко, я чувствовал его дыхание.
Порка меня испугала, причем настолько, что я чуть было не упал на колени, умоляя пожалеть и сменить плетку на традиционный флоггер. Остановило только то, что мать за подобное добавила бы еще с десяток ударов. Но то, что было после порки… Ласковый массаж, втирание в мою кожу иши, то что я лежал на кровати и все крутились рядом, и слова госпожи, и ее руки, и руки Найса, и даже Чейри, хотя было очень сложно не рассмеяться от того, как он едва прикасается ко мне - все это возбудило меня невероятно. Я очень рассчитывал, что потом меня все-таки используют! Хотя и понимал, что ни на что, по сути, сейчас не гожусь, только лежать, как полено. Так что Найса я сейчас соблазнял, можно сказать, впрок. Заранее.
В гареме наше появление вызвало полный аншлаг! Народ даже повылезал из своих комнат и провожал нас завистливыми взглядами. А я, удобно устроившись на руках у Найса, терся щекой то об его плечо, то об его грудь и всем своим видом выражал, какой я удовлетворенный, довольный и тоже весь его. Пусть завидуют, мне не жалко!
Как же я вы-ы-ыспалась! Утром проснулась сама, в отличном настроении, и, как сто лет назад, - мне казалось, что столько именно и прошло, - помчалась на озеро, встречать рассвет. Как хорошо-то! Я уже и забывать начала, как прекрасен мир!
Надо что-то делать, а то в связи с резким приростом мужского поголовья в моей постели я вообще спать перестану. Но сейчас мне было хорошо, а еще захотелось кофе и пирожного из одного миленького кафе недалеко от театра.
Чейри и Рис слегка обалдели, когда я вихрем ворвалась в общую столовую, и, едва дождавшись, пока мальчишки проглотят последний кусочек, за руки поволокла их в аэрошку. Объявив, что сегодня сама отвезу их в театр, я впихнула обоих в уже вызванную машину и мы взлетели.
Всю дорогу я излучала хорошее настроение, так что минут через десять им проникся даже слегка напуганный моим энтузиазмом Рис, а Чей, лучше знакомый с моими милыми заскоками, начал улыбаться еще за завтраком.
