– Болезнь распространяется, – объяснил он. – И быстрее, чем я ожидал. – Оро стиснул зубы. – Отчасти моя роль на острове заключалась в том, чтобы на протяжении веков поддерживать тепло и свет, даже во время бесконечных бурь, – в этом и была моя сила. – Оро нахмурился. – И эта сила ослабла. Последнее десятилетие стало самым холодным в нашей истории. Растения и животные гибнут. Я пытаюсь хоть как-то замедлить этот процесс… но уже скоро наступит момент, когда я ничего не смогу сделать.
Оро спустился с тронной лестницы, встав на один уровень с остальными правителями.
– Надеюсь, теперь вы понимаете, почему нам так важно раскрыть тайну и исполнить пророчество.
Король указал на стену. На камне большими огненными буквами стали проступать слова. Загадка оракула – та, которой научили Айслу много лет назад. Ключ к снятию проклятий.
– Проклятье снимете тогда, когда союзом связь скрепится, – прочитал Оро. – Вот почему мы разбиваемся на команды. Чтобы попытаться разгадать секрет и исполнить пророчество. Напоминаю первое правило: правителю запрещено убивать партнера.
Айслу не особо волновало пророчество. В их с Селестой планы оно не входило.
Хотя она и делала вид, что внимательно читает написанные на стене слова, ее голова была занята другими мыслями. Вдруг у нее получится слегка изменить зелье, чтобы оно окрасило одежду? И сделать одно из своих платьев золотым?
Нет. Из этого вряд ли что-то выйдет. К тому же у нее едва хватало пасты на покраску волос, не говоря уже о целом полотнище ткани.
Может, ограбить солярианца на рынке и забрать его одежду?
От одной только мысли об этом Айсла поморщилась.
Ужасная идея. Кроме того, солярианец немедленно сообщит о преступлении, и Оро поймет, что кто-то хотел пробраться на его остров.
Айсла настолько сосредоточилась, изображая интерес к пророчеству и продумывая способы проникновения в библиотеку на острове Солнца, что не заметила, как произнесли ее имя. Вторая попытка – громче прежней – отвлекла дикую от собственных мыслей. И напугала.
Судя по сердитому взгляду Оро, у нее на лице было написано, что она откровенно прослушала сказанное до этого, – возможно, он задал ей какой-то вопрос.
– Я сделал свой выбор, – повторил король сквозь зубы, явно ненавидя каждое слово, вылетающее из его рта. Зал расплылся перед глазами. Айсла забыла, что нужно следить за выражением лица или контролировать эмоции в присутствии Грима. Возможно, она даже открыла рот. Или случайно бросила на Селесту полный ужаса взгляд. – И это Айсла.
