Утро солнечное, как новая надежда на мир. Сегодня началось с прекрасного настроения, хотя накануне Булат был невероятно эмоциональным из-за недопонимания в их отношениях. Его игнорирование и ревность делают это утро наполненным противоречиями и неопределенностью.
От разочарования я начинала рычать, а он при очередном поцелуе только довольно улыбался, пряча коварную улыбку уткнувшись мне в живот, или в шею. И когда казалось у меня уже не осталось сил терпеть эту пытку, он в очередной раз вернул руку в трусики, касаясь влажных складочек, и медленно прошептал:
- Расслабь бедра, малышка. Полностью расслабься, и не закрывай глаза, если хочешь яркий оргазм. Просто доверься мне.
- Да нет тебе уже веры, я вся горю… ох, - когда я говорила, смотрела в его глаза, и Булат позволил сделать это, круговыми движениями лаская мой клитор и не обрывая взгляда, он начал доводить меня до экстаза.
Я не понимала, что со мной происходит, а точнее не могла представить раннее, что быть с мужчиной это так хорошо. Он пристально смотрел мне в глаза, а внизу живота у меня кажется собрался весь комок нервов, но я старалась расслабиться, как и просил любимый. И не пожалела, когда он сделал несколько сильных нажимов на бугорок, я просто взорвалась, внизу все за пульсировало, сжалось, и пронзило приятной волной экстаза.
Слегка спустившись вниз, он снова завладел грудью, сжав руками округлые холмики и нежно посасывая поочередно соски. Он влажно целовал их, добавляя к моему оргазму еще более ярких впечатлений, хотя я и так перед глазами видела только звездочки. Хотелось теперь самой наброситься на мужчину, хотя и понимала, что он этого не позволит, иначе ему придется бороться с самим собой.
Булат достал руку из трусиков, и последний раз поцеловав вершинки грудей, натянул на меня одеяло, а сам разместился рядом повернувшись на левый бок. Его взгляд неотрывно блуждал по моему лицу, а я все никак не могла привести в норму свое дыхание. Прикусила губу, и силой вцепилась в одеяло, сама не понимая, зачем это делаю.
- Смотрю, ты все еще в шоке, - первый нарушил тишину Богословский, повернув голову к нему, заметила в свете ночной лампы несколько морщинок на лбу, которые тут же захотелось разгладить.
Протянув руку, пальцами провела по его влажной коже, морщинки разгладились сразу же, как Булат расслабился, возможно от моих прикосновений. Мне это нравилось.
- Я не знаю, как мне себя после такого вести, - тихо проговорила я, повернувшись на бок, чтобы удобнее было касаться мужчину.
