Автор
В мрачном городском квартале бродила группа журналистов, пытаясь получить интервью от влиятельного реформатора-оппозиционера, который власти стремились умолкнуть. Журналистка чувствовала себя неловко в толпе, хотя острое любопытство заставляло ее следовать за группой. Её кожа покалывала от напряжения и тревоги, когда она думала об угрожающей атмосфере и вероятных рисках интервью....
Девушка наблюдала, как напряглось его горло, и пыталась понять, что же сделало его таким уязвимым.
Его загорелая рука потянулась, чтобы погладить девушку по щеке, и на этот раз она сглотнула, почувствовав, как от этой ласки пробудились ощущения, которых она, казалось, больше не сможет испытать. Горячие слезы заполнили ее глаза, и девушка боролась с тем, чтобы губы не начали дрожать.
- Дорогая. - Он словно говорил для нее одной. - Можешь ли ты простить меня? Всю свою жизнь я был убежден, что любви не существует - по крайней мере, для меня.
Жаки ошеломленно вздохнула:
- Ты меня любишь? - Ее сердце почти остановилось, затем бешено застучало. Девушка попыталась откинуться назад, чтобы переварить это, но его рука скользнула к задней части ее шеи, такая теплая и властная, притягивая ее к нему.
- Я не заслуживаю тебя, особенно после того, что причинил нам обоим такую боль. - Он вздохнул, его грудь могущественно приподнялась.
Жаки моргнула. Теперь она понимала выражение его лица. Оно было ясным и открытым. Свет, который она в нем увидела, сиял, словно маяк в тумане, которым девушка была окутана с того момента, как покинула Асима.
- Я восхищаюсь тобой, habibti.
- а женщин у меня было, признаться, немало.
Он сделал жест рукой, словно отмахиваясь от них.
- Я забочусь о тебе. Твое счастье для меня важнее, чем мое собственное. Я никогда не чувствовал подобного к женщине, но я желаю тебе только хорошего. Я хочу провести жизнь, заботясь о тебе и строя нашу совместную жизнь. Если бы я не повел себя как трус в Асаде, я бы признал это еще тогда. - Он покачал головой. - Но я был слишком поглощен мыслью, что могу контролировать свои чувства, даже не подозревая, что уже много недель люблю тебя.
- Правда? - Жаки была поражена, жадно слушая его.
- Как минимум с той ночи, когда ты надела то серебряное платье. - Его глаза блестели с теплотой, которая пронзила ее с головы до ног. - Я считал, что соблазняю тебя, но на самом деле твои невинность, честность и мужество все это время соблазняли меня. - Он улыбнулся. - Или это случилось еще раньше.
