Пианист Месяцев Игорь возвращается из гастролей по Германии, где его внутренний мир сталкивается с инстинктами и реальностью. Между любовью к семье и сложными отношениями с сыном Аликом возникает глубокий конфликт. Инстинкт самосохранения и личные переживания создают напряженную атмосферу.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Лавина»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Пианист Месяцев Игорь возвращается из гастролей по Германии, где его внутренний мир сталкивается с инстинктами и реальностью. Между любовью к семье и сложными отношениями с сыном Аликом возникает глубокий конфликт. Инстинкт самосохранения и личные переживания создают напряженную атмосферу.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Пианист Месяцев Игорь возвращается из гастролей по Германии, где его внутренний мир сталкивается с инстинктами и реальностью. Между любовью к семье и сложными отношениями с сыном Аликом возникает глубокий конфликт. Инстинкт самосохранения и личные переживания создают напряженную атмосферу.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
А медсестра сидела на посту и работала. Что-то писала.
– Можно вас спросить? – деликатно отвлек ее Месяцев.
Медсестра подняла голову, холодно посмотрела.
– Вы не знаете, почему Алика перевели в общую палату?
– Ему принесли недозволенное. Он нуждается в контроле.
– Что вы имеете в виду? – удивился Месяцев.
– Спиртное. Наркотики.
– Вы что, с ума сошли? – вмешалась жена.
– Я? Нет. – Медсестра снова склонилась над своей работой.
Месяцев с женой вышли в коридор.
– Глупости, – возмутилась жена. – Они все выдумывают.
– Неизвестно, – мрачно предположил Месяцев.
– Что ты такое говоришь? – строго упрекнула жена.
– То, что слышишь. Ты и твоя мамаша сделали из него монстра.
Спустились в гардероб. В гардеробе продавали жетоны. При виде жетонов у Месяцева что-то защемило, затосковало в середине.
Он вдруг сообразил, что не взял домашний телефон Елены Геннадьевны. И свой не оставил. И значит, потерял ее навсегда. Фамилии ее он не знает. Места работы у нее нет. Остается надеяться, что она сама его найдет. Но это маловероятно.
– Надо терпеть, – сказала жена.
Надо терпеть разлуку с Люлей. Сына в сумасшедшем доме.
Как терпеть? Куда спрятаться?
В музыку. Куда же еще…
Ночью жена лежала рядом и ждала. Они так любили объединяться после разлук. Жена хотела прильнуть к его ненадоедающему телу – гладкому и шелковому, как у тюленя. Но не посмела приблизиться. От мужа что-то исходило, как биотоки против комаров. Жена преодолела отрицательные токи и все-таки прижалась к нему. Месяцев сжал челюсти. Его охватил мистический ужас, как будто родная мать прижалась к нему, ожидая физической близости. С одной стороны, родной человек, роднее не бывает. С другой – что-то биологически противоестественное.
– Что с тобой? – Жена подняла голову.
– Я забыл деньги, – сказал Месяцев первое, что пришло в голову.
– Много, – задумчиво сказала жена. – Может, позвонить?
– Вот этого и не надо делать. Если позвонить и сказать, где деньги, – придут и заберут. И скажут – ничего не было. Надо поехать, и все.
– Верно, – согласилась жена.
– Смена начинается в восемь утра. Значит, в восемь придут убираться. Значит, надо успеть до восьми.
Месяцев никогда не врал. Не было необходимости. И сейчас он поражался, как складно у него все выходило.
Жена поверила, потому что привыкла верить. И поверила, что тысяча долларов отвлекает его от любви. Она отодвинулась на свое место. Они разошлись под разные одеяла.
Дом затих. В отдалении вздыхал и всхлипывал холодильник.
Месяцев встал в шесть утра. Машина отсырела за ночь. Пришлось вывинчивать свечи и сушить их на электрической плитке. Спать не хотелось. Никогда он не был так спокоен и ловок. Пианист в нем куда-то отодвинулся, выступил кто-то другой. Отец был не только гармонист.
