Пианист Месяцев Игорь возвращается из гастролей по Германии, где его внутренний мир сталкивается с инстинктами и реальностью. Между любовью к семье и сложными отношениями с сыном Аликом возникает глубокий конфликт. Инстинкт самосохранения и личные переживания создают напряженную атмосферу.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Лавина»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Пианист Месяцев Игорь возвращается из гастролей по Германии, где его внутренний мир сталкивается с инстинктами и реальностью. Между любовью к семье и сложными отношениями с сыном Аликом возникает глубокий конфликт. Инстинкт самосохранения и личные переживания создают напряженную атмосферу.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Пианист Месяцев Игорь возвращается из гастролей по Германии, где его внутренний мир сталкивается с инстинктами и реальностью. Между любовью к семье и сложными отношениями с сыном Аликом возникает глубокий конфликт. Инстинкт самосохранения и личные переживания создают напряженную атмосферу.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Значит, забеременела в восемнадцать. А половую жизнь начала в шестнадцать. Если не в пятнадцать…
Ревность подступила к горлу, как тошнота.
– Это моя дочь от первого брака, – уточнила Люля.
– Сколько же у тебя было мужей?
– Два, – просто сказала Люля.
– Первый – студенческий. Дурацкий. А второй – сознательный.
– Надоело. Мы ведь говорили.
– А любовники у тебя были?
– Естественно, – удивилась Люля.
– Почему «естественно»? Совсем не естественно. Вот у моей жены нет других интересов, кроме меня и детей.
– Если бы у меня был такой муж, как ты, я тоже не имела бы других интересов.
В груди Месяцева взмыла симфония «Ромео и Джульетта» Чайковского. Тема любви. Он был музыкант, и все лучшее в его жизни было связано со звуками.
Он не мог говорить. Сидел и слушал в себе симфонию. Она тоже молчала. Значит, слышала его. Понимала. Ловила его волны. Месяцев очнулся.
– А где твоя дочь сейчас?
– С матерью моего мужа.
– Ты не помиришься с мужем?
Месяцев смотрел в стакан с компотом, чтобы не смотреть на Люлю. Логично было сказать: «Давай не будем расставаться». Но этого он не мог сказать. Ирина, Алик, Аня и теща. Да, и теща, и жених Ани – все они – планета. А Люля – другая планета. И эти планеты должны вращаться вокруг него, как вокруг Солнца. Не сталкиваясь. А если столкнутся – вселенская катастрофа. Конец мира. Апокалипсис.
– Я чего приехал… – пробормотал Месяцев. – Я не взял твой телефон.
– Я запишу своей рукой, – сказала Люля.
Она взяла его записную книжку, вынула из сумочки карандаш. Открыла на букву Л и записала крупными цифрами. Подчеркнула. Поставила восклицательный знак.
Шел пятый час. Месяцеву надо было уезжать. Ревность опять подняла голову, как змея.
– Нечего тебе здесь делать, – сказал он. – В номере воняет краской. Обед собачий. Ты одна, как сирота в интернате.
– А дома что? – спросила Люля. – Тут хоть готовить не надо.
– Я не могу без тебя, – сознался Месяцев.
– Ты делаешь мне предложение?
– Нет, – торопливо отрекся он.
– Тогда куда торопиться? Еще неделя, другая… Куда мы опаздываем?
– Я не могу без тебя, – повторил Месяцев.
– Я тебе позвоню, – пообещала Люля. – Дай мне твой телефон.
– Мне не надо звонить.
– Почему? – спросила Люля.
– Понятно… – проговорила Люля. – Жена – священная корова.
– Похоже, – согласился Месяцев. – Я сам тебе позвоню. Давай договоримся.
– Договариваются о бизнесе. А здесь стихия. Ветер ведь не договаривается с поляной, когда он прилетит…
«Здесь не ветер с поляной. А лавина с горами», – подумал Месяцев, но ничего не сказал.
Люля стала какая-то чужая. Жесткая. И ему захотелось вынести себя за скобки. Пусть плавает по своей орбите. А он – по своей.
Месяцев возвращался в город.
