Автор
Каждое утро наполняется радостью и осознанием, что мир за пределами этих стен несет с собой лишь вдохновение. В окнах Лаврушки — зеленый город на фоне бескрайнего неба, где каждая секунда кажется необычайно важной и привлекательной. Задумчиво наблюдать за этим чудом природы перед тем, как погрузиться в мир книг и мыслей, становится приятным атрибутом каждого дня....
Мы любим вас обеих, со всеми вашими достоинствами и… только достоинствами, потому что в наших дочерях недостатков быть не может. Ведь так, парни? – женихи довольно кивнули. – Возможно, мы не видели всё то, что происходит у вас внутри, девчонки… Да, и невозможно увидеть всё и понять, что где-то что-то идет не так. Вы уже взрослые, у каждой из вас свой багаж знаний и опыта, свои представления и видения на эту жизнь. Но мы с мамой старались, как могли, и дали вам максимум всего того, что имели сами. Порой даже больше… И хотим попросить у вас у обеих прощения, если в чем-то были невнимательны, непонятливы или недальновидны…
– Нет, вы что?! – возмутились мы со Светой.
– Я договорю, дочи, – снисходительно улыбнулся папа. Мама в это время почти незаметно утерла прокатившуюся по щеке слезу, продолжая восхищенно смотреть на главу нашей семьи. – Мы с мамой вас любим обеих с самого первого дня, едва только узнав о том, что будем иметь честь стать вашими родителями. И просим простить нас за некоторую не совершенность.
Повисло молчание. В глазах всей женской половины стояли слезы.
– Юра, – выдохнула мама восхищенно и промокнула глаза салфеткой.
Наши женихи, не сговариваясь, встали и подняли бокалы.
– За родителей, – первым решился сказать слово Андрей. – Спасибо вам за прекрасных, и теперь любимых еще и нами, дочерей.
– Спасибо, – поддержал его Тимофей.
Встали и мы со Светой.
Звон бокалов и тихие всхлипы девчачьей половины. Осушив бокалы до дна, вышли обошли стол и кинулись родителям на плечи, желая обнять их как можно крепче и тоже попросить прощения за то, что не были образцовыми дочками.
– Мы вас любим, – всхлипывали поочередно с сестрой.
– А вы что там встали? – спросил папа у Тимофея с Андреем, скромно стоящих в сторонке. – Давайте в круг, плакать с нами, а то здесь недостаточно сыро.
Глава 34
Проснулась с чувством, что что-то потеряла. Когда хочется похлопать себя по карманам, просто для того, чтобы убедиться, что нужное мне лежит в каком-то из них, а не кануло в лету.
Прошерстила рядом с собой рукой, но не нашла и намека на то, что здесь был Лавров.
