Но не думай, будто Мюзетт и ее компания приехали не для того, чтобы нам мстить.
— Мстить за что?
Ответил Ашер:
— За то, что мы ее бросили, разумеется.
Я посмотрела на него:
— А почему «разумеется»?
Они обменялись взглядом, смысл которого от меня ускользнул. Мне ответил Жан-Клод:
— Потому что Белль Морт считает себя самой желанной женщиной во всем мире.
Я подняла брови:
— Она красива, не отрицаю. Но самая красивая в мире? Поди ты! Я имею в виду, что это зависит от точки зрения. Кому нравятся брюнетки, кому — блондинки.
— Я сказал «желанной», ma petite, а не «красивой».
— Не вижу разницы.
Он сдвинул брови:
— Мужчины кончали с собой, когда она отлучала их от своего ложа. Вспыхивали войны между правителями, которых сводила с ума одна мысль о том, что другой будет обласкан милостями Белль Морт.
Моя очередь настала недоуменно хмуриться:
— То есть если ты однажды был с Белль Морт, то после этого никто уже тебе не нужен?
— Так считает она.
Я посмотрела на него:
— Вы с Ашером ее покинули, и дважды каждый.
— Именно, ma petite. Ты еще не поняла?
— Пока нет.
— Если мы покинули ее ложе, если есть чье-то прикосновение, чье мы предпочли, то, быть может, она не самая желанная женщина в мире.
Я на секунду задумалась.
— Значит, цель всей этой экспедиции — наказать вас двоих?
— Не только. Еще, я думаю, Белль хочет попробовать почву перед тем, как явиться самой.
— За каким чертом ей сюда являться?
— Цель у нее будет политическая, в этом не приходится сомневаться, — сказал Жан-Клод.
— А наказать вас двоих на этот раз, это как — дополнительная выгода?
Они снова хотели переглянуться, но я взяла Жан-Клода за лицо и повернула к себе:
— Хватит этих таинственных взглядов. Просто скажи.
— Белль — самая желанная женщина в мире. Вся ее власть, вся ее самооценка строятся на этом. Ей нужно найти способ понять, почему мы ее покинули и почему даже сейчас хотим оставаться вдали от нее.
— И что?"
"— Ты говоришь слишком тонкими намеками, — сказал Жан-Клоду Ашер, вставая и направляясь к нам.
— Ладно, скажи ты, — попросила я.
— Как Белль считала угрозой Джулианну, так она и тебя считает угрозой. Но мы надеемся убедить ее, что не другая женщина занимает наши мысли, а другой мужчина. В них она не видит конкурентов в отличие от женщин.
— И потому вы так прихорошили Мику.
— И остальных, — добавил Ашер.
Я посмотрела на Жан-Клода:
— Остальных?
У него хватило такта прикинуться смущенным, но это не очень получилось, потому что взгляд остался довольным.
— Если Мюзетт доложит Белль, что у меня гарем мужчин, то она перестанет тревожиться из-за тебя.
Я покачала головой:
— Я так не думаю, Жан-Клод. Она уже меня попробовала. Либо она меня опасается, либо ее влечет сила.
— Я думаю, что одну метку она тебе поставила, ma petite, чтобы сделать больно мне.