В Лазоревом Грехе ты окажешься в мире, где красота становится оружием, а обычные девушки могут оказаться более опасными, чем ожидалось. Ты работаешь консультантом по противоестественному расследованию — и не веришь своим собственным глазам на первое столкновение с реальностью....
Он поднял руку и сказал:
— Твой Ульфрик говорит тебе встать с волками.
В голосе его можно было различить единственную эмоцию, да и ту неотчетливо. Гнев.
Джейсон выскользнул из-за меня, проведя пальцами по каждому кусочку голой кожи, до которого мог дотянуться, пока не ощутил мою дрожь. Шанг-Да увел его, держа за локоть. Джейсон продолжал смотреть на меня как ребенок, которого уводит чужой страшный дядя. Но на самом деле непосредственная опасность ему не грозила, чего я не могла сказать обо всех присутствующих.
— Может быть, надо было сделать тебя Эрато, а не Больверком.
Эрато — муза эротической поэзии наряду с другими обязанностями. Сейчас у вервольфов это название самки, которая помогает новым вервольфам научиться управлять своим зверем во время секса. Эрос, бог любви и вожделения, — самец с теми же функциями. Почти все впервые перекидывающиеся оборотни теряют над собой контроль и убивают людей чаще всего во время секса. В конце концов, именно в том и смысл оргазма — потеря контроля.
Я посмотрела на Ричарда, встретила злобный взгляд карих глаз и ничего не почувствовала. Я не злилась. Слишком смешно было бы цапаться из-за такой мелочи перед Мюзетт и ее группой. Даже не смешно — просто идиотизм.
— Мы это обсудим дома в своей компании, Ричард, — сказала я без всякой злости в голосе. С обыденными рассудительными интонациями.
Что-то промелькнуло на лице Ричарда, прошло сквозь его плотные щиты. Ярость — настолько он был зол. Он направил эту злобу внутрь, и его съедала депрессия — настолько, что он срезал волосы.
— Если ты Больверк, пойди и встань со своей стаей.
Голос его дрожал от ярости, которую ему трудно было сдерживать.
Я заморгала:
— Прости, как ты сказал?
— Если ты действительно Больверк нашего клана, то тебе надо встать с нами.
Он встретил мой взгляд и не дрогнул, не смягчился. Я все ждала, когда он обретет стойкость.
Джемиль шагал через зал, держа на руках Стивена. Грегори все еще цеплялся за руку брата, и они шли все вместе. Когда Джемиль снова оказался с волками, Ричард произнес:
— Грегори — не наш. Ему не место среди волков.
Я не слышала, что сказал Джемиль, но думаю, что он пытался убедить Ричарда в ненужности такого приказа. Ричард мотнул головой, и тут Джемиль совершил ошибку.
