В Лазоревом Грехе ты окажешься в мире, где красота становится оружием, а обычные девушки могут оказаться более опасными, чем ожидалось. Ты работаешь консультантом по противоестественному расследованию — и не веришь своим собственным глазам на первое столкновение с реальностью....
У Мюзетт в прошлом был с Ашером секс, так что здесь обвинение в изнасиловании не пройдет.
— Секс в прошлом не означает, что в настоящем не может быть изнасилования, — сказала я.
Он поднял руку, возражая:
— Я знаю, что таково твое мнение, ma petite. Я даже не стану против него возражать, но Мюзетт этот аргумент не убедит. Ашер любит и мужчин, и женщин, у него был с ней секс, и он тогда получал удовольствие. Ты поставила дело так, что она не может нанести ему физический вред, значит, будет только секс, чистый трах.
Я приподняла брови:
— Ты серьезно так считаешь?
— Нет. И Мюзетт, честно говоря, тоже так не считает. Мюзетт знает, и Белль знает, что секс с Мюзетт после стольких лет будет для Ашера страданием. Это нанесет ему вред, но не таким образом, который Белль позволит нам учесть в переговорах. Для Белль Морт, если у мужчины был оргазм, значит, он получил наслаждение. Таков ход ее мыслей.
— Она действительно не понимает разницы между любовью и похотью?
— Non, ma petite.
— Почему так получается, что защищать мы должны именно Ашера? Что именно его не можем спасти?
Он покачал головой:
— Я задают себе этот вопрос очень, очень давно, ma petite. И до сих пор еще не нашел ответа.
Я прижалась щекой к его колену:
— Самый долгий интервал, который мне удалось выдержать между двумя кормлениями. — Я глянула на часы. — Уже почти два.
— Рассвет через три, даже почти через четыре часа. Я должен отозвать тот контроль, который одолжил тебе над ardeur'oм.
— Но ведь дело не только в твоем контроле?
— Да, дело еще в страхе, усталости и слишком напряженном мыслительном процессе. И еще — в твоих растущих способностях. Через несколько месяцев ты сможешь дойти до одного кормления в день или в ночь. Ты сможешь сохранять результаты питания и оставаться без него дольше.
— Я лежу головой почти что у тебя на коленях, и ничего во мне совсем не шевелится.
Он погладил меня по волосам, и это было ласковое прикосновение.
— Когда придет рассвет, моя связь с тобой ослабнет, и ты не сможешь удержать ardeur в узде. Мне очень жаль, ma petite, но мы должны сейчас его напитать.
— Ты же устал не меньше меня.
— Мне ничего сейчас так не хочется, как заползти под одеяло, переплестись с тобой и заснуть. Держать тебя, и чтобы ты меня держала.
