Автор
Кунду задумчиво глядел в ночное небо, когда внезапно что-то подсказало ему ехать направо. Яна трепетала от нетерпения за рулем, но он не слушался команд. Робот-снегоход тихонько шёл по снежной пыли, словно заскучавший друг. Внешне он был обычным транспортом, но внутри царила спокойная меланхолия....
Его пугало происходящее с Яной, и он переживал за друга, а ну как у него крыша на этой почве поедет? Он тогда вообще один останется! – Мы все едим одинаковые порции, но поправляется только она. Это ведь физически нереально, если учесть, что мы едим! Сухари и остатки крупы!
– А лаз, который после бури даже не замело снегом, это реально? – спросил Артур.
«Еще один любитель сравнений выискался», – недовольно подумал Антон. Он заметил, что в последнее время Артур стал немного того, ходит как пришибленный, и взгляд такой, от которого хочется развернуться на сто восемьдесят градусов и быстрым шагом уйти куда подальше.
– Сталактиты опять же, – подхватил Костя. – Может, она чем-то заболела, пока в этой пещере находилась?
– Тогда почему с нами все в порядке? – подал голос Тима, и Артур вдруг таинственно улыбнулся:
– А кто сказал, что все в порядке?
Лица Кости и Антона вытянулись.
– Ладно, я пошутил.
Сказав это, Артур вновь принял безжизненное выражение, будто все происходящее не касалось его никаким боком.
Из палатки вышла Злата.
– Дильс, я не понимаю, что с ней, но она набирает вес. Чуть ли не с каждым часом, – сказала она растерянно.
– И что ты предлагаешь? Прочистить ей желудок? – спросил Дильс. – Я понятия не имею, почему она толстеет.
– Мы все тепло одеты, и вы не замечаете изменений, – продолжала Злата. – Она… сейчас показала мне. У нее на талии появились жировые складки. Груди тоже стали больше. Если бы не лицо, я бы решила, что она беременна. Она… словно пухнет.
– Я вообще не вижу никаких проблем, – осклабился Тух-Тух. – Мне нравятся пухленькие женщины. Конечно, в разумных пределах.
– Я знаю только одно: она должна есть. Мы не на курорте, и силы должны быть у каждого, – отрубил Дильс. – А на диетах будете сидеть, когда мы выберемся отсюда.
– Злата, успокойся. Что ты можешь сделать? – сказал Костя. – Ну если бы она порезала руку или обморозила палец – тогда другое дело. А тут извините. Жир, что ли, из нее выкачивать? Или заставлять гимнастикой заниматься?
– Ладно, тогда поговорим о другом.
Аммонит весь подобрался, конечно же, она имела в виду то, что отсюда нужно выбираться.
Но разговора не получилось. Нервы Дильса были уже совсем ни к черту, он только еще больше взъярился, озлобленно огрызался и крикнул напоследок, что Злата может убираться со своим новоявленным любовничком к чертовой матери. Это было последней каплей.
